Миранделла: Enchanted World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Чаща леса » Башня алхимика и тёмного волшебника и колдуна Виз'зредда Виз’зрхарда


Башня алхимика и тёмного волшебника и колдуна Виз'зредда Виз’зрхарда

Сообщений 61 страница 90 из 99

61

На этот раз Звиил решил явиться без приглашения. Его обуревало нетерпение – и чёрт с тем, заподозрит ли неладное Виз’зхард, ежели знакомый «демон» появится сам по себе, помимо обязательной гексограммы на полу и чада свечного пламени. «О, Тьма! До чего же надоели мне все эти трюки!..»
Он проложил портал, привязывая выходную точку на Виз’зредда и внутренне досадуя о том, что силы его ограничиваются всего одним лишь визитом в сутки. Нет, конечно, можно и два, если приспичит – но чувствовать себя потом беспомощным несколько дней?.. Когда любая сволочь сожрать тебя норовит, если ты не успеешь сожрать её?.. Звиилу рисковать не хотелось – однако кристалл слишком много обещал ему, чтоб оставить помогающего ему колдуна без присмотра.
Взгляду Звиила предстала следующая картина. Колдун и чернокнижник пытался учить уму-разуму своего крысообразного прислужника, создающего на полу комнаты какую-то скульптуру из большущего немытого кухонного горшка, ржавого железного диска, куска верёвки и чешуйчатых палочек. Против памятников Звиил ничего не имел, вот только... позволять глупому слуге упражняться в подхалимаже в опасной близости от почти доделанной, но уже работающей Преобразовательной Машины?..
– Бу-у-у!.. – страшным голосом пророкотал Звиил, демонически сверкнув красным огнём в глазах и выставляя на всеобщее обозрение свежеотполированные серо-голубые рога (и большой, но трусливый крыс одним махом переметнулся через горшок и засел за ним, стараясь казаться как можно меньше. Оставшиеся на виду хвост и уши дрожали, словно от ураганного ветра). «А всё-таки приятно быть демоном... Это так вдохновляет...» Звиил даже не пытался лгать себе, будто ему не нравится, когда его боятся.
– Я вижу, ты уже решил перескочить к испытаниям? – спросил он Виз... ну-как-его-там. – Похвально, совершенно похвально... – голос Звиила был медоточив, как засахаренные розовые лепестки, но мог в любой момент разразиться рыком под стать гневливому демону. – А что с фокусировкой и предохранителями? Почему большая доля испускаемой маго-энергии преобразуется в энергию Хаоса? Нет, я, конечно, понимаю – башня твоя: что захочешь, то с ней и делаешь... Ты тут хозяин. И если ты решился всё здесь разнести и построить заново...
Звиил многозначительно замолчал, давая возможность присутствующим в полной мере осознать и оценить всю деликатность и остроумие его доводов. На самом деле у него было вовсе не так много помощников, чтобы терять хотя бы одного из них. Даже на время.

0

62

- Г-г-господин, - маг почти рефлекторно бухнулся на колени, а плюшки в его желудке чуть не попросились наружу. - Ы-ы-ы, эт-то,.. Это всё он! - Виз'зредд ткнул пальцем в направлении горшка. - Там, внутри. Это он виноват! Он пролез в башню и напал на устройство. Я его обезвредил. Он был зачарован Пылью Хаоса, господин. Вот она, валяется. Но устройство не пострадало, я проверял. То есть, я проверял его до нападения чудовища. Если что-то сбилось, то это он виноват во всём. Но я исправлю, я знаю Магию Хаоса. - маг нервно поёрзал и медленно встал на подкашивающиеся ноги, кланяясь демону и всем видом выражая готовность немедленно всё починить. Бочком-бочком, дрожащими шагами он приблизился к устройству и потянул за управляющий рычажок, внимательно отслеживая проявления Хаоса. Обычным зрением он не видел, но почувствовал, как внутри кристалл разгорается и заклинания набирают силу, нити Тьмы сгущаются и становятся прочными и упругими, радужные перья Природы, пусть и Искажённой, разворачиваются, высвобождая содержащиеся в них знания об устройстве живой материи. Эманация энергии окружила устройство, и остатки прутьев клетки распрямились и потянулись к нему, как к солнцу, готовые вырасти и оплести источник их жизни. Маг сразу уменьшил мощность, и аура втянулась в корпус; прутья обвисли. Пока Хаос не проявлялся. Виз'зредд Виз’зрхард предположил, что беспокойство демона вызвала вспышка освобождённой маны Хаоса, проявившаяся рядом с кристаллом (который демон, по-видимому, чувствовал даже на большом расстоянии; кстати, это значило, что предварительные испытания тоже не были для него секретом).
- Вот, Господин, - промямлил маг, неосознанно вытирая лоб. - Врагу не удалось испортить устройство! - констатировав этот факт, Виз'зредд торопливо и заикаясь начал пересказывать историю нападения ежа-оборотня, подчёркивая своё мужество и решительность, находчивость, сообразительность и так далее. - ...и теперь осталось выяснить, кто мог обсыпать Пылью Хаоса этого лазутчика, выбранного с хитрыми замыслами и коварством, поскольку он теперь ничего не расскажет, потому что ничего не знает и не знал. - на секунду он перевёл дух и снова зачастил: - Фокусировка, ммм, фокусировка ещё требует небольшой наладки, поскольку Магия Преобразования, в которой я почти не разбираюсь, - он нервно и угодливо поклонился демону, вспомнив прошлый разговор, - но как мне удалось выяснить, не подчиняется суперпозиции, и дисперсия от автоинтерференции вызывает неопределённость, которую, однако, я думаю, можно устранить, задействовав дублирующие цепи обратной связи, стягивающиеся к минимуму неопределённости. Что касается предохранителей, то пока я установил предохранители от Света и от Природы-ы-ы, - маг смутился, сообразив, что к Стихиям его конструкция, вообще-то, уязвима, даже без магии: если облить водой, или уронить тяжёлый камень, или облить горючим зельем и поджечь, то, конечно, всё испортится. - и теперь думаю, что необходимы предохранители от Хаоса, и собираюсь их поставить ближайшей ночью. - он ещё раз поклонился демону и, сжав руки, замолчал, поглядывая на устройство.

+1

63

«Это он виноват...» На какой-то момент Звиилу вдруг показалось, что виновник происходящего скрывается за горшком, а не внутри его. Слишком необычным это было. Неправдоподобным...
Однако глаза и уши не обманывали его: Виз-как-там-дальше-его-то-было во всём обвинял сидящего под горшком ежа, якобы зачарованного Пылью Хаоса и поэтому пытающегося повредить устройство. Того, кто мог быть на это способен, не смог бы остановить и удержать простой кухонный горшок – тут требовались боевые заклинания более высокого порядка. Звиил был в этом уверен. Здесь произошло какое-то недоразумение, и он хотел во всём разобраться.
– Я хочу тебе что-то продемонстрировать! – проревел Звиил, подражая раскатам грома. – Смотри, колдун!
Самозваный «демон» почувствовал в себе некоторую неуверенность. Устрашающие приёмчики у него сегодня получались несколько театрально. Это было не очень хорошо: приверженцы Звиила могли привыкнуть к такой методе, заметить, что он переигрывает, и задуматься: с какой стати его так волнует мнение о себе простых смертных, пусть даже и колдунов, если на то пошло. Пыжащийся выглядеть страшным демон и вполовину не кажется настолько грозным, как тот, у которого это получается безо всяких усилий, само собой. Надо было действовать решительно и быстро, чтобы у клеврета если и возникли какие-нибудь вопросы, то только по другому поводу, не по этому.
Звиил решительно подошёл к горшку, пинком отшвырнул его в сторону прямо к стене, противоположной собранному устройству (прячущийся за горшком крысообразный прислужник с перепугу отпрянул от его ноги и плюхнулся на пятую точку) – и удивлённый столь неожиданным перемещением ёж, выпавший из горшка, встал, замер и принюхался: с какой стороны грозит опасность и не пора ли сворачиваться в шарик.
– Фокусировка устройства действительно требует небольшой наладки! – прорычал Звиил. Он подвигал рычажками и вдарил в ежа приличной порцией энергией Трансформации объединённой с Искажённой Природой. Ёж жалобно хрюкнул и начал расти и превращаться во что-то устрашающее, щедро оснащённое иглами, бивнями, рогами и щупальцами. Набухшие и также увеличившиеся в размерах глаза вспыхнули недобрым ядовито-бирюзовым огнём, и бывший еж, неуклюже размахивая толстыми, как гигантские слизняки, бородавчатыми щупальцами, щедро сочащимися густой грязно-голубоватой слизью, принялся ползти в сторону Звиила, явно собираясь посчитаться с «демоном» за пинок. Звиил сделал предостерегающий знак волшебнику, чтоб держался подальше и не вмешивался, и с волнением ждал результата эксперимента.
Бывший ёж дополз до края полоски света, падающей на пол из окна. Свет коснулся слизи, заблестевшей под солнечными лучами – и не описанный наукой монстр чихнул, съёживаясь в размерах и становясь всё больше похожим на исходного безобидного зверька. Перед чудовищем на паркет упала горстка уже знакомой коричнево-буроватой пыли. Снова запахло озоном.
Зашипев и потрясая колючками, чудище попробовало обползти падающее на пол ромбообразное световое пятно – однако снова подпало под воздействие солнечных лучей, ещё раз чихнуло и снова уменьшилось в размерах. Рядом с горсткой коричнево-бурой пыли, чуть в стороне от неё, на пол упала вторая. Запах озона усилился. Ядовито-бирюзовый огонь в глазах чудовища потускнел.

Еж почти дошёл до Звиила, но не доползши до «демона» нескольких шагов, растерял свою решимость и свернулся в шарик, прикрывшись иголками. След его был отмечен буреющими кучками Пыли Хаоса, а озона в помещении стало столько, что приободрился и повеселел даже крысообразный прислужник Виз’зредда, прежде забившийся с перепугу в угол, бросившись ползти от появившегося чудища со щупальцами прочь, сидючи на пятой точке, и двигая и извиваясь ею вместе с хвостом. Но Звиилу было не до того, чтобы с ехидством комментировать избранный крысом-переростком способ передвижения.
– Исходя из всего увиденного, я предлагаю ещё раз сверить наше устройство с его чертежами, – сказал Звиил, окидывая взглядом помещение в поисках чертежей, переданных волшебнику. На вид он никаких погрешностей не обнаружил, но был уверен, что они должны были быть – и чертежи должны были показать это и разоблачить халтурщика. Если бы это было не так, это бы означало, что именно он виноват в неудачах и незапланированных эффектах со стороны устройства – а признавать свою некомпетентность Звиилу бы ох как не хотелось бы.

==Пусть Виз-Виз не робеет перед демоном, грубых ошибок по сравнению с чертежом у него нет, может оказаться так, что некоторые блоки устройства могут быть сделаны иным способом, чем начертил Звиил, но это не означает, что из-за этого они будут работать неправильно. Просто Звиил тоже прежде имел дело с такими кристаллами и устройствами только теоретически.==
==Пока могу выходить в сеть только по выходным, надеюсь, что с середины следующей недели это уладится.==

0

64

Увидев все эти превращения, глаза колдуна выпучились почти как у синюшного монстра и полезли на лоб. А чувство магии ощущало выделение Хаоса словно вспышки яркого света. Практически вся магическая энергия конвертировалась в Хаос! Даже та, что была потрачена на превращения и искажения! Он чувствовал себя примерно так же, как повар, поставивший кастрюлю на огонь и через десять минут обнаруживший, что суп стал холодцом и пытается уползти за плиту. Тяжело опёршись на посох, он тревожно задумался над своей судьбой. Демон, хотя и вёл себя снисходительно, мог в любой момент проявить свою чудовищную природу и если не убить его на месте, то запугать до посинения точно. Проковыляв к мольберту, маг тупо уставился на переплетение сигилл, обозначавших функциональные узлы устройства. Бормоча себе под нос "это сюда, это оттуда, это туда", Виз'зредд Виз’зрхард пытался сосредоточиться, что у него не очень хорошо получалось. Ещё пару минут он хмыкал "так, так, значит..." и "определённо... соответственно... таким образом", не желая выглядеть дураком. Потом снял лист с планшета и осмотрел конструкцию, поглядывая то на неё, то на чертёж. Отложив лист в сторону, он взялся за следующий, и так до тех пор, пока все не были сверены. Казалось, что всё в порядке, но ipso facto что-то ведь должно было быть неправильно.

Подёргав себя за бороду и почесав макушку, Виз'зредд ещё раз хмыкнул, пытаясь стимулировать интеллект (и симулировать занятость). Обойдя вокруг магической машины, как дикобраз, только не хрюкая, он проследил за сложной пространственной структурой заклятий, не обнаруживая никаких отклонений. Затем процитировал по памяти основы Искусства: "Светлая Магия делится на Магию Природы, Магию Жизни и Магию Света. Тёмная Магия делится на Магию Тьмы, Магию Смерти или Некромантию, Магию Крови и Магию Хаоса." Вроде бы, что-то в этом было. Далее: "Магия Природы способна трансформироваться в любую магию Стихий и обратно, за исключением Магии Огня, также не представляет труда превратить её в Магию Жизни или Магию Света; Магия Жизни и Магия Света ни при каких условиях не способны превращаться в Магию Смерти и Магию Тьмы – даже у тех немногих, кто сумел овладеть обеими противоположными магиями. Также достаточно просто преобразуется в другой вид энергии Трансформационная Магия, что выгодно отличает её от Зеркальной Магии или Магии Теней". Конечно, о превращении Искажённой Природы в Хаос не могло быть и речи. И вообще, Хаос возникал только после того, как устройство начинало действовать на... Виз'зредду захотелось стукнуть себя по лбу и обозвать болваном, но он благоразумно сдержался. Хаос возникал, когда заклятия затрагивали объект Природы, обычной, не-Искажённой! Его башня из сухого, мёртвого дерева, его мебель и прочее практически не затрагивались устройством - хотя деревянный пол как-то видоизменялся, пусть и не очень сильно. Устройство работало как надо, но сам принцип его работы был частично неверен. Оно сначала пыталось подействовать Искажённой Природой, чтобы наложить на живую материю образ монстра, а уже потом вкачивало энергию Трансформации, чтобы осуществить преобразование. И вот в этом промежутке, когда чуждый образ естественным образом отторгался сущностью животного, видимо, и зарождалось нечто, что усиливалось при Трансформации. И этим нечто, очевидно, оказывались зародыши Хаоса, изначальная эссенция нарушения Порядка. Всё, чем монстр отличался от исходного объекта, непропорционально усиливалось и окутывало существо "неправильностью происходящего". Маг проверил рассуждения: заклинания Преобразования, как он раскопал в книгах, исследуя кристалл и волшебную палочку, действовали иначе; их силовые компоненты изначально несли в себе желаемый образ, слишком мощный для отторжения - это во-первых; во-вторых, они применялись, в основном, для действия на неживую материю, не способную сопротивляться изменениям; в-третьих, обратимые заклятия специально сохраняли информацию о первоначальном объекте некоторое время, позволяя сделать Откат. Вытерев дрожащей рукой пот со лба, колдун снова уставился на устройство, пытаясь понять, что делать дальше. В принципе, как-то оно работало и сейчас, вот только непомерно усиливало Хаос и зря расходовало энергию. Виз'зредд даже понял, почему нестабильное заклятие Хаоса (подраздел Магии Тьмы) разрушалось дневным светом и заодно срывало наложенное заклятие Превращения, но толку от этого было немного. Чтобы осуществлять преобразования должным образом, необходимо было либо подавить природную сущность животных и растений, либо пускать Искажённую Природу и Трансформацию одновременно, фокусируя синхронно их потоки. Второй путь показался ему более подходящим, легче и проще реализуемым.

Тяжело вздохнув несколько раз, он сосредоточился и окружил конструкцию Сферой Тьмы. Войдя в неё, вызвал "Око Тьмы", после чего отодвинул светофильтры и, пыхтя, как после подъёма по длинной лестнице, стал распутывать и заново запутывать плетение магии, надеясь успеть, прежде чем появятся признаки магического истощения. Занимаясь работой, он вообразил, на что это теперь будет похоже. Возможно, во все стороны будут разлетаться тёмные призрачные монстры, достаточно сгущённые, чтобы подавить возникновение Хаоса, укрытые тенями, чтобы сохранить заклятия Искажённой Природы некоторое время; они будут окутывать собой растения, грибы и животные, подвергая их превращениям в нечто гораздо более жуткое, чем ёж-оборотень. А возможно, поползут чёрные длинные гибкие щупальца, распространяясь по лесу и захватывая поляну за поляной. Или даже вспыхнет чёрное зловещее солнце-облако, сразу накрывая собой всю чащу... В конце концов, пересвинячив всё на новый лад, он захлопнул крышку и вылез на дневной свет, сразу же зажмурив глаза от боли. Кое-как он собрался с мыслями и рассеял темновое зрение, после чего, взглянув на демона слезящимися глазами, сказал, что можно попробовать приступить к новым испытаниям, а затем осторожно сел на пол, чтобы отдышаться.

+1

65

Звиил испытал чувство почти физиологического довольства, отметив про себя, насколько удалось ему удивить и поразить своего помощника. Чувство это не исчезало, пока Как-его-там-Виз сверял построенное им устройство с чертежами, и подсознательно подложный демон ожидал, что ещё чуть-чуть – и несчастный колдунишка в стыду и во смятении хлопнет себя по лбу, заметив свою ошибку. Звиил решил даже помиловать его – иначе на чьём фоне можно будет блистать имеющимися у него познаниями... но только вот повода явить миру специфичное демоническое милосердие, к досаде и сожалению Звиила, ну просто никак не представлялось.
Не веря в происходящее, и всё ещё надеясь, что собранная в точности по его чертежам машина работала б безупречно, Звиил даже опустился до подглядывания из-за плеча своего клеврета – но увы, он вынужден был признать (не вслух, разумеется – кто же по доброй воле даёт подчинённым про себя такое оружие?), что придраться не к чему.
Тем временем Виз’зрхарду, очевидно, пришла в голову какая то мысль, поскольку он, подёргав себя за бороду и почесав в голове, медленно двинулся в обход машины – и Звиил был почти готов поклясться, что колдун смотрелся со стороны точь в точь как его собственный помощник-крыс, почуявший неучтённый и неоприходованный кусок сала.
Иными словами, Виз’зредд Виз’зрхард напал на след.
Неожиданно маг умным тоном изрёк вполне очевидные вещи – Звиил не понял, к чему это было сказано, но на всякий случай издал неопределённый вопросительный хмык – в надежде, что последуют дальнейшие разъяснения. Однако вместо того колдун принялся работать будто бы одержимый, ставя, словно на автомате, все защитные щиты, необходимые для работы, и создавая, надо полагать, нечто грандиозное, призванное поразить воображение «демона».
Наблюдая за работой Виз’зрхарда, Звиил нахмурился – магический резервуар пожилого волшебника был не так уж велик, чтобы щедро расходовать ману, как будто кто-либо из великих магов древности. Не хотелось бы, чтобы его помощник из-за излишнего усердия выбыл из строя – в такой момент! Он присмотрелся внимательней, стараясь по ауре волшебника определить, как скоро иссякнет его запас, и уже готов был велеть тому прекратить до завтрашнего дня все работы... Как вдруг...
...он вдруг заметил, что на самом деле запас волшебника полным полнёхонек, и даже более того, сам Звиил готов сегодня проложить два портала. Этого никогда с ним не было.
«Неужели Кристалл?»
Хотя, если рассуждать логично: а откуда ещё могли два волшебных организма напитаться дармовой магической энергией начиная от вросшихся ногтей на ногах и выше – вплоть до самих мозгов в их никчемных драгоценных черепушках?
«Только Кристалл. Очевидно, он как-то сбрасывает в окружающую среду излишки магической энергии...»
Додумать Звиил не успел – от прилива энергии на него нахлынуло чувство эйфории, и он с энтузиазмом ухмыльнулся волшебнику, оскалив все свои шестеро искусственных клыков (четверо на верхней челюсти и два – на нижней) и взмахнул правой когтистой лапой, делая неопределённый жест в сторону Устройства. Теперь уже с большой буквы.
Как он раньше называл его по научному, Звиил забыл.
– Отсюда мы с тобой завоюем весь мир! – одобрительно рыкнул «демон», слегка покачнулся, но всё же пока ещё смог удержаться на ногах.

0

66

"Мир... какой такой мир?" - не понял уработавшийся маг. Потом до него дошло, что мир - это то, что вокруг и ещё дальше. Потом - что у него есть три явных измерения и несколько тайных, свёрнутых, позволяющих путешествовать телепортацией. Потом, по ассоциации стали всплывать уравнения и формулы, законы и правила... Потом у него закружилась голова, и он тихо крякнул или охнул. Когда у него задвоилось в глазах и он опять, как тогда, увидел два устройства, Виз’зредд взглянул на демона, но и того тоже было два. Ненадолго он закрыл глаза и, переведя дух, снова открыл. Второй демон исчез, вот только который - тот, что был слева, или тот, что был справа? Мысли и образы были неожиданно яркие и чёткие, вот только разбегались в разных направлениях, и когда колдун это осознал, то вспомнил, что с ним такое уже бывало. А именно, если он сильно уставал при полном запасе маны. Где-то на уровне отработанных рефлексов и подсознания разум контролировал запасённую энергию, занимая часть мыслительных процессов и памяти. "Mana leak - утечка маны", - вспомнился ему древний термин. Если мозг был уже не в состоянии удерживать ману в подчинении, она начинала утекать вовне, иногда производя крайне неприятные эффекты. Вот и с ним тоже могло бы случиться такое, будь у него много... Виз’зредд Виз’зрхард прислушался к внутренним ощущениям. И тут же почувствовал очередной приступ головокружения. Он был полностью заряжен, и даже перезаряжен, сверх того запаса, который он мог подчинить себе даже в хорошо отдохнувшем состоянии. Начиная впадать в тихую панику, он поднял руку и, приглядевшись, увидел, что с пальцев стекали и срывались сумеречные сгустки и разноцветные блёстки. "Кажется, я начинаю 'искрить'", - подумал колдун. Избыток энергии стекал в окружающую среду, только и ожидая возможности для 'пробоя' - быстрого, неконтролируемого и очень неприятного (для мага) разряда. Наконец он перевёл взгляд на демона.
- Утечка маны, - прошептал он горестным шёпотом. - Когда уставший разум не может справиться с накопленной энергией, - процитировал он по памяти, - она начинает стекать наружу, сначала в виде 'искрения', а потом может дойти и до 'пробоя'. Разум... устал... перегружен... отдых... нужен... - пробормотал он и, поднявшись, потащился к лестнице, чтобы дойти до кровати... или до спальни... или до какого-нибудь коврика, чтобы прилечь и выспаться (освободив во время сна дополнительные ресурсы мозга для удержания энергии и потом, отдохнув, восстановить полный контроль).

0

67

Звиил «поплыл». Поплыл на волнах перебудораженного воображения. Не прошло и пяти минут, как он высказал весьма неоригинальную для тёмного волшебника мечту о покорении мира, как ему начало казаться, что он стал провидцем и видит предначёртанное ему будущее.
...Площадь, мощёная серым мрамором. Крики чаек, и сами они, словно чёрные тени, мечутся где-то неподалёку... вдали... на западе... словно сплюснутые кляксы на жёлто-оранжевом полудиске закатного солнца. Пересекающие площадь слегка синеватые тени: крайняя слева – большая, увенчанная демоническими рогами... да-да, она исходит прямо у него из-под ног. В центре – поменьше, сгорбленная под грузом лет, но пытающаяся держаться с достоинством. Ето его Как-его-там-Виз, с развевающейся по ветру роскошной желтоватой бородой (а может быть, желтоватые оттенки получились от освещения?). И наконец, держащаяся на правом, противоположном от демона фланге и чуть позади съёжившаяся, дрожащая (Звиила почему-то раздражала такая трусость) крысообразная фигура Визовского прислужника...
«Дойдём – повелю отдать его на эксперименты. А Виз’зредду голема пожалую, они более толковые...»
На севере – в той стороне, куда они шли – возвышалась не имеющая в настоящий момент своего хозяина Чёрная Башня – легендарное хранилище всяких мрачных чудес, построенное у мощнейшего источника Тёмной магии. И Звиилу было достаточно только лапу протянуть, чтобы заполучить все её сокровища...
Настроение портил только порывистый, студёный ветер, хлещущий по ним наискосок, аккурат с самого северо-запада. И в своём видении Звиил воспринимал это как должное, даже не пытаясь прикрыться каким-нибудь из Щитов или воздействовать на погоду – как, без сомнения, попытался бы подействовать реальный Звиил...
Только у «демона» не было достаточно времени, чтобы задуматься (либо встревожиться) над возможными причинами своей покорности обстоятельствам. Неожиданно впереди, из тени набежавшего грозового облачка, выступил ещё один Вельхеарг – но, – «Демоны и их Преисподняя!» – до чего же он казался гигантом. Вельхеарг потянулся к нему своими когтистыми лапами, и...

* * *

– Здесь опасно! Надо уходить отсюда! Видите: мой хозяин уже уходит?
Крыс попытался поставить «демона» на колени, но тот опять шлёпнулся на пол и вытаращился на него с таким злобным выражением на клыкастой морде, что Вельхеаргу снова стало не по себе. И, махнув на демона лапой, он ринулся помогать передвигаться своему хозяину, как настойчиво требовало его заклинание.
Доведя волшебника до постели (и внутренне радуясь, что хозяин его находится сейчас не в том состоянии, чтобы запретить крысу пользоваться парадной лестницей), Вельхеарг снова храбро поднялся назад, в мастерскую (на самом деле бройлерный крыс очень боялся, что если он не разберётся с Устройством, то заклинание его хозяина, сорвавшись с поводка, разберётся с ним), и, пользуясь изогнутым прутом от бывшей ежовой клетки (само устройство трогать лапами крыс избегал), с натугою перевёл все рычажки в нижнее положение.
Кристалл погас, и Вельхеарг обессиленно опустился на пол рядом с ним. Крыс рассеянно погладил лапой подставку.
– Эх, знать бы, что ты такое... – неуверенно пробормотал он, – и почему рядом с тобой такие умные хозяин и этот демон теряют разум и требуют не хороших вещей и хорошей пищи, а вообще непонятно что?..
Вслед за этим Скырс удивлённо моргнул: его обычно раньше не развозило на философствования. Даже этот вопрос должен был находиться за пределами его возможностей и интересов.
«Что со мною?» – подумал бройлерный крыс. – «Неужто я тоже становлюсь?..»
Не успел он додумать, как рядом с крысом упала поджаристая куриная ножка. Вельхеарг, забыв обо всём, впился в неё зубами и только тогда сообразил, что основательно голоден.
Выплюнув прямо на пол обсосанные догола куриные косточки, Скырс подумал, что не прочь повторить. Он снова погладил лапой подставку Устройства и скомандовал:
– А ну-ка... подавай сюда жрать!..
Рядом с ним опять упала жареная ножка какой-то птицы. Крыс впился в неё зубами и скривился – ножка была горькая как хина. Вельхеарг выплюнул её на пол... и не поверил своим глазам. Лапа была совиная, и четыре когтистых пальца сами собой шевельнулись и сложились в известную даже крысу оскорбительную фигуру, в «накося выкуси» – да так и закоченели в таком положении.
Вельхеарг поспешил убраться от греха подальше обратно на кухню, где еда была гораздо скромнее. Ёж развернулся, хрюкнул ему вслед что-то неразборчивое и снова поспешил свернуться обратно в колючий шарик.

0

68

Цепляясь расплывающимся сознанием за уплывающие струйки маны, Виз'зредд Виз’зрхард сам не заметил, как перешёл из реальности в мир грёз и снов. Расслабив тело на кровати, он продолжал размышлять о самых разных вещах. Разумом он чувствовал, что надо поскорее заснуть и отдохнуть, а из подсознания всплывали потаённые страхи, шепчущие, что он может и не проснуться. Давным-давно, в пору своего ученичества, Виз'зредд выполнял упражнения, чтобы успокоить мысли перед сном. Ведь во сне ум не перестаёт работать, напротив, переваривает усвоенное за день и прибавляет к имеющемуся жизненному опыту. Во сне, бывает, люди видят сказочные картины, ходят, разговаривают и так далее. Но их тело лежит неподвижно - мудрая природа позаботилась о том, чтобы на это время парализовать мускулы, отключить их от мозга, равно как и глаза, и уши. Спящий не должен отвлекаться на происходящее вокруг, пока его разум занят дневным отчётом. И тем более, не должен двигаться, следуя сновидениям. Конечно, встречаются исключения - редкая болезнь, при которой парализация срабатывает плохо. И тогда тело ходит во сне и может при этом упасть, пораниться, разбиться, наконец. Причём провоцирует эту болезнь ночной свет, который даже сквозь закрытые глаза будоражит спящий мозг, потому и случаются обострения в ясные лунные ночи. На таких примерах начинающий маг учился тому, как важно уметь себя контролировать, чтобы всегда уметь отличить сон от яви и не использовать случайно заклинание или иной магический приём, находясь в плену у грёз. Ведь так действительно можно не проснуться... С годами умение самопроверки выработалось и отточилось до автоматизма, и маг перестал беспокоиться перед сном. А вот сейчас, вдруг, забытый страх вернулся, хотя тоже заметно ослабший и выдохшийся, как детская сказка-страшилка, рассказанная старику.
Лёжа на спине и разглядывая причудливые картины сновидений, колдун то и дело мыслями переносился в юность. Вспоминал давно забытые стихи и книги, картины и скульптуры, песни и мелодии, так волновавшие сердце и пробуждавшие вдохновение... Он, помнится, особенно увлекался искусством драу, как называли загадочный народ, прятавшийся где-то глубоко в пещерах. Культура тьмы для живущих во тьме, как кто-то - он уже не помнил, кто именно, - сказал о причудливых экспонатах, вывезенных из древнего, давно покинутого города, разрушенного землетрясением. Одна из таких работ выглядела как тонкая каменная дощечка (~20x30 см) с бурыми пятнами. Но если на неё взглянуть в темноте, магическим зрением, то перед зрителем возникало до удивления объёмное изображение лишайникового пятна, выглядевшее цветным, мало того, его можно было ощутить магическим осязанием, словно бы некие загадочные краски могли передать прохладу и упругость сизых листочков. А приблизив голову вплотную, можно было даже ощутить влажный, чуть горьковатый запах. Виз'зредд, помнится, минут десять стоял согнувшись возле наклонного столика, на котором была закреплена картина неведомых мастеров. И думал, думал о том, как стремится разум к искусству, талант - к выражению, а чувства - к воплощению в вечном...
Оставшуюся часть сна колдун провёл почти спокойно - его одолевали глупые сны. То он видел себя перед зеркалом, с очень молодым лицом, но седыми волосами и бородой, перепачканной то ли вареньем, то ли красным соусом. То вдруг к нему в дом пытались войти демоны, принявшие облик его знакомых, но с невыразимо мерзко-ехидными ухмылками на лицах. Впрочем, проснувшись он почувствовал себя освежённым и выспавшимся. Да, и, конечно, полным сил, чего с ним давно уже не бывало.

+1

69

Одиночество определённо пошло на пользу Звиилу. Спустя какое-то время после того, как бройлерный крыс – уместно, но самозванно – вмешался в ход неимоверно важного (насколько важного – он даже представить себе не мог) магического эксперимента, состряпанного двумя светилами и корифеями, магический туман, окружавший рогатую голову псевдодемона, уже начинавшую под воздействием не то деструктурирующих эманаций Кристалла, то ли из-за того, что самозванцу не следовало бы так полагаться на маскировочные приемы Трансформационной магии, терять свои очертания, начал рассеиваться, и Звиил с удивлением обнаружил, что любуется потолками не своего дома.
«Демон» забеспокоился. Давно он не позволял себе забыться до такой степени. А что, если б тот самый бройлерный крыс?.. Колдун как-то похвалялся, что против него его помощник никогда не позволит себе задумать иль совершить чего-нибудь скверного... но было ли то же справедливо и для Звиила?..
В окне виднелся закат – такой же яркий и оранжевый, как и тот, что ему пригрезился ныне, но только без чаек, ветра и башни на горизонте. Между тем, Звиила это почему-то не обрадовало и он поспешил как можно скорее отвернуться от окна – хотя и сам бы не мог в настоящий момент дать себе отчёта о том, кого или чего он боится: реальной опасности или разочароваться в своём видении, когда он в очередной раз окажется неудачником?
«Демон» поднялся. Поджилки его тряслись – от страха и от похмелия – и он сию же минуту готов был не только принять присягу о вступлении в общество трезвенников, но даже уплатить все членские взносы. Впрочем, как только он выбрался в коридор, Звиил вспомнил о том, что не пил.
Это означало, что похмелье было магическим, и было ещё хуже, чем тривиальное. Пока сознание мага блуждает во власти глюков, он может за это время натворить таких бед...
«Хотя постой-ка...» – Звиил наконец-то понял, что его так беспокоит. – «Слишком много энергии... У меня до сих пор ещё слишком много энергии...» – На челе «демона» выступил холодный пот, просочившись сквозь чешую и ещё больше скомпрометировав маскировку. – «Если я неправильно колдану, меня жеш разорвёт как на мелкие кусочки...»
Как вариант, он мог бы начисто лишиться рассудка – если бы воспользовался заклинанием, воздействующим на разум, а не на субстанции.
Пошатываясь и покряхтывая, самозванный «демон» спустился вниз, распахнул пошире незапертую – заходи кто захочешь, воруй что дотащишь – нерадивым крысом дверь и вышел из башни. Очутившись на воле, и проковыляв несколько десятков шагов в неизвестном направлении, «демон» стал ощущать, что его решимость добраться до родных пенат, не пользуясь заклинаниями, проворно тает, словно кусок сахара в чашке с горячим чаем, под воздействием прохлады ночного воздуха, предгрозовой сырости и каких-то неизвестных и, видимо, опасных ночных шумов, криков, шорохов, звуков... и подлых камешков, что так и норовят, попавшись под искусственные копыта, вывести хозяина этих самых рогов и копыт из равновесия. В конце концов, где-то здесь, поблизости, начиналась враждебная ему территория, и если ему уже сейчас трудно идти по ночному лесу, то эльфийская стрела в глазнице навряд ли добавит ему ни зрения, и ни скорости.
Почёсывая роговую пластину на лбу, Звиил поднялся, сердито рыкнул на летающих вокруг его головы канареек и решил колдануться. Сложил определённым образом пальцы и дал энергии течь, заполняя мысленно представленное им плетение, а затем – освободил её в одной мощной вспышке.
Промышлявшему в эту ночь охотой и собирательством Вельхеаргу этот звук показался похожим на весьма и весьма отдалённый раскат грома, так что крыс вздрогнул и украдкой слизнул упавшие ему на нос несколько капель... а там, где стоял Звиил, на короткое время забушевал пожар – но вскоре погас, не найдя себе должной поддержки среди лесной сырости и оставив после себя небольшое, приблизительно чуть меньше четырёх с половиной метров в диаметре, пепелище... однако вскоре клубы золы и пепла осели, прибитые к грунту тяжёлыми крупными дождевыми каплями...
Промокший как цуцик крыс скатился с дерева, вскочил на ноги и чесанул к дому, прижимая к обросшему редкой клочковатой шерстью поджарому брюху компоненты для будущей глазуньи, похищенные им из гнезда. А где-то далеко, в нескольких сотнях миль отсюда Звиил выпал из небытия прямо в своей библиотеке – перемещение сожрало у него добрую половину полученного им на халяву магического запаса – после чего, проклиная и чертыхаясь, вынужден был потратить остальную часть своего резерва, чтобы в его библиотеке не повторилось того, что случилось в лесу, и возвратить всю мебель и книги в такое же состояние, как и было.
После спасения библиотеки самозванный демон открыл окно, чтобы выветрить запах гари, и – даже не взглянув на то, что предвещает ему его любимая предрассветная звезда Сумеречных Тенет, под которой Звиил был рождён – пошёл спать, ибо сил на всё остальное уже не хватало.

+1

70

Смеркалось. "Самое время для меня", - подумал колдун, пробираясь на верхнюю площадку. Демона не наблюдалось, чему он был определённо рад - не хотелось получить очередной разнос за слабость и неумение сдерживать магию. Могущественные аутсайдеры не славились терпимостью к немощам людей. Устройство было выключено, и, казалось, всё было в относительном порядке, если не считать спящего среди скомканной бумаги ежа, до сих пор не убранных осколков обсидиана, разбросанных ветерком чертежей и чего-то вроде куриной ножки. "Опять Вельхеарг безобразит", - буркнул Виз'зредд, собирая схемы и эскизы и разрушая ежово логово. Расправив листы и уложив их по порядку на мольберт, он выглянул в окно - не приближается ли дриада с дюжиной боевых осиных ульев или, там, зайцами-мародёрами и кротами-диверсантами. Захлопнув раму, он ещё раз прошёлся вокруг, примечая, всё ли нормально, а потом спустился в лабораторию. До повторного явления демона работу над Устройством он решил считать приостановленной.
Вновь задействовав жаровню, он поставил кипятить чай, а сам тем временем решил ещё немного поиграться с волшебной палочкой, учтя прошлый опыт. Вначале он пробовал творить крупицы соли и сахара, как простые вещества, обладающие определённым, хорошо различимым вкусом, потом перешёл на капли воды, спирта и вина. То и дело он отрывался от заманчивого исследования, чтобы налить себе чаю, посидеть с книгой, в которой упоминались дриады (врага надо знать в лицо), побродить, размышляя о вечном, и т.д. Впереди была спокойная, приятная ночь, и даже яркие воспоминания о вчерашнем (вернее, сегодняшнем) дне не портили прелесть момента. Вновь вернувшись к палочке, он задумал горку сахарного песка, и когда тот материализовался, наполнив с верхом таинственное блюдо с черепами - другой посуды как-то не нашлось, - позвал крыса и велел пробовать наколдованное, но только осторожно.

0

71

Вельхеарг уже примеривался раздавить яйцо над сковородкой, как шестое чувство – знакомые ощущения в области шеи и под черепушкой – недвусмысленно указало ему на то, что его хочет видеть хозяин.
– Шо за на... Гх-х-хр-хр-р-р... – выругался от неожиданности крыс, только заклинание не дало ему произнести последнее слово. Скырс схватился за шею, безуспешно пытаясь снять с неё невидимую верёвку, и яйцо – всё ещё в скорлупе – выпало у него из лапы прямо на горячую сковородку, удивлённо треснуло и принялось с опаской вытекать из скорлупы. «И жжётся, и хочется...» – в очередной раз озарила Вельхеарга философская мысль.
Вельхеаргу, как и яйцу, тоже хотелось очень многого. Однако жить ему хотелось сильнее.
Взобравшись к хозяину, крыс выглядел уже почти прилично, разве что запыхался не в пример сильнее, чем обычно. В первые мгновенья Скырсу было сложно поверить в то, что хозяин...
– Добренький хозяин... – тут же произнёс умильным голосом Вельхеарг...
...в то, что хозяин может вызвать его наверх таким способом, чтобы только угостить своего слугу сахарком. Вельхеарг подозрительно глянул на него, пристально осмотрел руки – однако вопреки ожидаемому хозяин вовсе не грозился поколотить его палкой, если Скырс откажется от угощения. И крыс решился.
Взяв блюдо с черепом в лапы, Вельхеарг задрал вверх морду, раскрыл пасть и проворно ссыпал туда весь сахар. При этом бройлерный крыс трусливо и малодушно зажмурился, неумно опасаясь, что оторвавшись от блюда вместе с сахаром, в его глотку попадет череп. Однако на этот раз ему повезло. Скырс облизнулся, повертел тарелку в лапах и наконец-то сообразил, что череп ненастоящий. Это открытие настолько воодушевило Вельхеарга, что он даже по-геройски вылизал тарелку и, сыто рыгнув, с готовностью уставился на волшебника.
– Ещё будут подобные приказания?.. Я готов, мой хозяин... – с изрядным гастрономическим энтузиазмом пробасил Вельхеарг, с неожиданной для себя смелостью напрашиваясь на добавку.

0

72

Виз'зредд Виз’зрхард удивлённо уставился на Вельхеарга. Сам он подсознательно относился к сахару как к реактиву и ожидал всяких неожиданностей. Выйдя из секундного ступора, он зачем-то взглянул на пустую тарелку, на пол - на который не просыпалось ни единой крупинки, - и снова на крыса.
- А ты... - он хотел спросить "ничего не чувствуешь", но понял, что это излишне. На довольной мордочке грызуна и так всё было написано, так что, вроде бы, опыт удался.
- Итак, - поправился колдун, - как мы видим, простейшие химические вещества синтезируются с достаточно высокой чистотой, монодисперсностью по размеру частиц и правильностью формы каждого кристалла. Другими словами, данный артефакт, исполненный в виде палочки, обладает по крайней мере зачатками искусственного интеллекта. Тебе, возможно, этот вывод представляется не вполне очевидным, но я пришёл к нему, проанализировав ряд результатов экспериментов, показавших наличие способности к запоминанию предыдущих синтезов, автокоррекции ошибок, в конечном счёте - к самообучению, не говоря уже о способности интерпретировать, то есть, переводить на язык химических формул, нечёткие мыслеобразы, распознаваемые по ключевым идеям вкуса и запаха. Ну и, собственно, придавать внешний вид и внутреннюю структуру в соответствии с... э-э-э... ментальной матрицей, сгенерированной разумом заказчика. Другими словами, данная палочка как бы разумна, что и позволяет ей понимать, что ты собираешься заказать. Так, ладно, бери её и попробуй сообразить мне какой-нибудь ужин, но на всякий случай - будешь предварительно всё пробовать. Но не так, - ткнул он в голое, как череп древнего лича, блюдо, - а маленькими кусочками. И не кусай, а отрезай по чуть-чуть ножом. Иди на кухню и заодно посмотри, всё ли там в порядке. Мне что-то кажется, горелым тянет.
Выставив крыса вместе с палочкой, маг, чувствуя себя в настроении поработать, с запозданием сообразил, что не успел расспросить о том, что было утром, куда делся демон (тот, что остался после того, как исчез второй слева или справа), откуда на полу нарисовалась куриная лапка (а также, что будет, если крыс начнёт пробовать еду по многу раз, пусть даже маленькими кусочками)... Решительно отбросив суетные мысли, он прошёлся по лаборатории, выглянул в окно, - смеркалось, - и устроил локальный беспорядок, натащив с полок книг, реактивов, химической посуды, бумаги для записей и не забыв освободить уголок для чашки чая.
Привычное течение работы захватило его, он словно сбросил десяток-другой прожитых лет. Тонкие руки старика танцевали с колбами, заполняли листы формулами уравнений и расчётами, пронизывали магическими энергиями содержимое алхимических сосудов, иногда делаля пируэт в сторону чая. Восхитительная ночь наполняла его вдохновением, горячий горьковатый напиток согревал тело и разгонял кровь по жилам, Вельхеарг, кажется, бродил где-то рядом серой усатой тенью...
"Тьма, как сущность" когда-то была любимой книгой Виз'зредда. Не тьма, как отсутствие света, не магия, просто отрицающая Свет, а равноправная стихия, само понимание существования которой способно потрясти неокрепшие умы. Сейчас почти весь стол был завален медленно тающими обрывками заклинаний, в том числе обычному глазу невидимыми и даже слабосветящимися. Наивно было бы думать, что можно получить магический источник, закрывшись в тёмной комнате, просто убрав освещение. Нет, Тьма лежала за пределами обычного мира, и своё название получила лишь потому, что её проявления как бы поглощают свет (при этом "нагреваясь", "плавясь" и "испаряясь", как бы по аналогии с... со, скажем, той же Гарпиевой солью, например).
Виз'зредд где-то слышал или читал, что драу использовали магию Тьмы для зачаровки одежды и оружия, придавая первой прочность доспехов и незаметность, а второму - остроту алмазной грани, и уже не раз пытался, и не всегда неудачно, воспроизвести результат. Получалось, правда, не очень, но сама идея вполне работала. Сейчас маг был захвачен мыслью сотворить нечто подобное: зачарованный непромокаемый зонтик-тросточку, который не надо сушить, и к тому же прочный, чтобы не рвался обо всё, за что зацепится, и чтобы на него никакая грязь не налипала. А если повезёт, думал Виз'зредд, то можно и с плащом попробовать...

+1

73

«Ну, хозяин!.. Ну, ж... Живодёр этот старый сыч!.. Я-то расслабился... А он!.. Подсластил, понимаешь, пилюлю... Прежде хотя бы мораль читал... А сейчас ишь чё удумал...»
Заклинание, которое вдруг, безо всякого перехода, принялся читать хозяин, Вельхеаргу было незнакомо, и на острой алчной мордочке крыса всполохнулся живейший интерес: «для чего же оно предназначается?» В смысле, что оно ещё может делать помимо обильной словесной бомбардировки странными и незнакомыми словами, которые, точно паразиты-уховёртки, проникали сейчас в уши крыса-переростка, проползали по слуховым путям и впивались колючками прямо в неразвитый звериный мозг грызуна.
Когда Вельхеарга начало клонить в сон, он наконец-то догадался, что заклинание было усыпляющим, попытался противостоять ему – и не смог. Крыс запаниковал, испугавшись, вообразивши себе, будто демон с хозяином решили от экспериментов на ежах перейти к более разумным подопытным существам... Но тщетно. Взгляд расфокусировался, веки сами собой поползли вниз, а нижняя челюсть безвольно отвисла, словно у идиота. Ну хоть сейчас подходи и бери его голыми руками, если только брезгливость не помешает.
Однако крысиный бог был сегодня, похоже, на его стороне. В самый последний момент добренький хозяин сменил гнев на милость, сообразил, что Вельхеарга ещё можно использовать в качестве отведывателя блюд на наличие отравы, и вручил ему палочку в целях эксперимента. Крыс не сразу понял, чего от него хотят, и вытряхнул из головы остатки словесного дурмана, только когда уже спускался по лестнице.
– Значитца, так, – принялся вслух рассуждать Вельхеарг, пока поручение не испарилось вместе с дурманом, что могло бы навести хозяина на мысль о бесполезности крыса в качестве прихлебателя. – Вот он я... – ради доказательства выдвинутого предположения бройлерный крыс похлопал себя по бокам и по животу. «Живой... живёхонек. Хитрый и умный Скырс сумел ускользнуть от филина и демона цел и невредим, а не превратился в чудовище...» Дикобразо-спруто-ежу не повезло больше, так что Вельхеарг почувствовал заслуженный прилив гордости: всё-таки он был намного умнее ежа. – А вот она палочка, – и Скырс повертел палочку в лапе. Вне всякого сомнения, палочка была та же самая – и она пригодится ему лучше, нежели той самой летающей глупой пузатой мелочи. – Чего хочет хозяин? Хозяин хочет, чтобы палочка приготовила ему кушать. Однако добренький хозяин боится, что палочка может приготовить что-то не так. Значит, сначала это блюдо должен покушать Вельхеарг. Это правильно, его не так жалко. Хозяин говорит так, – Скырс в очередной раз потянул носом воздух, в котором ощутимо пахло чем-то жареным. Точнее говоря, уже не жареным, а пережаренным. Ещё точнее говоря...– А чем же это здесь горелым так несёт? Ой!..
Рассуждая сам с собой, Вельхеарг добрался до кухни и распахнул дверь. Взгляд его тут же бросился на сковороду, от которой к потолку поднимался густой чёрный дым. Скырс схватил тряпку (сообразив об этом в самый последний момент) и потащил сковороду прочь от плиты. Яйцо, находящееся в самой зоне военных действий, превратилось уже в тонкую коричневато-шоколадную корочку, и сама скорлупа тоже подёрнулась снизу чем-то черно-коричневым.
Скырс распахнул дверь поширше, дабы воздух очистился естественным путём сам собою, и тоскливо уставился на глазунью. Незрячая глазунья торжествующе пялилась с сковородки в ответ на крыса. Скырс отвернулся от неё и загадал желание, чтобы наколдованная еда оказалась не такой же дерзкой.
На столе появилась большая миска, сделанная из странного оранжевого вещества, доверху наполненная крупными желто-красно-полосатыми яблоками. Начисто забыв о приказании волшебника, Вельхеарг впился зубами в одно из них. Твёрдая упругая мякоть брызнула ему в пасть ароматным кисло-сладким соком. «Хорошо! Ух, хорошо!» – Скырс уже вспомнил о том уточнении, однако тут же сообразил, что вреда не будет, если он схарчит одно... нет, лучше два из этих прекрасных яблоков целиком. А остальные переложит в миску поменьше – что, если вдруг наколдованная миска окажется небезопасной для здоровья его драгоценного хозяина. Свои-то уже проверенные.
И, разумеется, отрежет от каждого из этих яблок по ломтику – чтобы показать, с каким радением, буквально не щадя живота своего... (здесь крыс с довольным видом погладил себя по пузу и в очередной раз кусанул яблоко, обгрызенное уже наполовину)
Тут внезапно что-то пошло не так. Яблоко сдавилось и едва не растеклось в его лапах, а по вкусу стало столь же липким и безвкусным, как перестоявшееся дрожжевое тесто.
– Тьфу! – остатки яблока бросились по воздуху в дальний тёмный угол, где валялись уже колбасная шкурка, пара дочиста обсосанных куриных косточек и прочий подобный хлам. Вельхеарг схватился за другое яблоко, однако после пары укусов выкинул и его тоже. После третьего туда же полетела вся миска.
– Хочу!.. Окорок!.. – прерывающимся голосом, в запальчивости выкрикнул Скырс и взмахнул палочкой. Искомая известная часть тела известного животного появилась на расписанном золотом крупном овальном блюде из фаянса, в окружении тушёных редисок. Сквозь дым и чад пробивались тонкие запахи гвоздики и чеснока, а также ещё какой-то заморской пряности, до сей поры неизвестной Вельхеаргу.
Скырс нахмурился. Ни редисок, ни пареную репу он не просил. Ни каравай чёрного хлеба тоже.
Осторожно, на цыпочках подкрался крыс к блюду, как будто оно могло взорваться в любую минуту, подобно взрывчатым орехам в шкафу у его хозяина. Отрезал ломоть окорока, подцепил лапой редиску... Есть было можно. Окорок был даже вкусным.
Умяв для очистки совести крупный кусмень ржаного хлеба, Вельхеарг водрузил оставшиеся примерно шесть седьмых каравая на окорок и потащил всю полученную конструкцию к волшебнику. Может быть, он знает, откуда появилось всё остальное?
Про яблоки он, естественно, решил умолчать.

+1

74

Колдун задумчиво барабанил пальцами по столу. Зонтик был готов. Грязе-, пыле- и влагоотталкивающий. Правда, не обошлось без побочного эффекта: вид у зонтика был ещё более отталкивающий. И хотя это были всего лишь цветные пятна под идеально гладкой прозрачной поверхностью, но со стороны казалось, что  Виз'зредд Виз’зрхард сначала подтирал им последствия взрыва в лаборатории, потом разгребал им помойки и для верности макал во все грязные лужи, если не хуже. И вот теперь он раздумывал, стоит ли ему показываться с этим уродством хотя бы на пороге Башни. Вздохнув, он повернулся к Вельхеаргу с блюдом, посмотрел на стол и отгрёб в сторону лабораторную посуду и реактивы.
- Ставь сюда, - буркнул он. - Ты хорошо... - "всё попробовал", хотел он спросить, но взглянув на еду, понял, что вопрос был бы излишним. Поэтому он произнёс: "справился". И в свою очередь приступил к позднему ужину или раннему завтраку. Для улучшения аппетита он брезгливо, тряпкой, подхватил результат напряжённой работы и забросил на шкаф, чтобы не видеть. Мясо было вполне нормальным, поджаристым и вкусным; хлеб - пропечённым и даже пахнущим, как положено; овощи тоже не вызывали подозрения. Но с насколько большим удовольствием он сгрыз бы засохший хлеб с начинающим плесневеть сыром, как давным-давно в молодости, после удачного эксперимента, которым он мог гордиться... Наевшись, он отдал остатки Вельхеаргу и решил, что колдовская еда, конечно, вкуснее, но злоупотреблять халявой не стоит из-за сопряжённого риска.
- Вот ещё что, Вельхеарг. Помнишь, ты мне рассказывал о дриаде, которая оказалась рядом с кристаллом. Я и думаю, а ну как она сюда заявится, если та летающая крыса покажет ей путь? Надо будет защищаться. Ты, когда выходишь, ну там, охотиться, смотри, будь поосторожнее. Если заметишь, что в сторону Башни идёт единорог, эльф или иной крупный противник, то бросай добычу и беги сюда. Если враг мелкий - можешь за ним последить и в случае чего обезвредить. А может, и изловить для допроса. И ещё начинай тренироваться бросать бомбочки. -Маг подошёл к шкафу и показал взрывчатые орехи. - Набери камней того же веса и формы, иди на верхнюю площадку и пращой запускай их из окон. И учись бросать камни подальше, а то как бы Башню не поджечь и не разрушить. И, между прочим, расскажи-ка мне о том, что было утром - мне тогда что-то стало не по себе, и я плохо всё помню. И ты не видел, куда ушёл демон?

0

75

Вельхеарг усердно поглощал хозяйские объедки, при этом делая вид, будто бы он внимательно слушает. На самом деле его интересовала только пища. Однако ради неё бройлерный крыс мог потерпеть и наставления своего хозяина, и даже – если речи были не на пустой желудок – постараться понять что-нибудь из того, что обычно выходило за круг его интересов.
Вельхеарга ни на одну хлебную крошку не заинтересовало, что может сделать ему эта глупая пузатая мелочь. Даже если этот горластый комок меха осмелится вернуться и потребовать обратно свою волшебную палочку – палочка-то уже тю-тю, Вельхеарг её ему не отдаст. Пусть даже эта палочка не всегда точно выполняла все его желания, однако бройлерный крыс уже вошёл во вкус еды на дармовщину, а ежели хозяин забудет потребовать её обратно сегодня вечером, то Вельхеарг готов был ещё лишний раз рискнуть своим желудком ради эксперимента. И почему он сразу ничего не сказал про яблоки? Сейчас уже поздно, старый хры... – в желудке сразу же появилось неприятное ощущение – добренький хозяин может заподозрить, что Вельхеарг не хочет волновать его по пустякам, и тогда устроит ему допрос с пристрастием, где бродил по ночам и куда бегал. Бройлерный крыс самонадеянно полагал, будто и сам не лыком шит, чтобы нуждаться в поучениях не попадаться на глаза какой-нибудь дриаде, эльфу или единорогу. Может быть, старый филин начнёт учить его, как правильно следует, согласно их волшебной науке, ставить силки на кроликов и разорять птичьи гнёзда?
А вот разрешение покидаться камнями и, в перспективе (пусть даже само это слово мохнатому хулигану было неизвестно), производящими «ба-бах» бомбочками из запретного шкафа пришлось Вельхеаргу по душе, так что скучающее глуповатое выражение сошло вмиг с его морды.
– Демон сначала... это... отрубился как будто ужравшися, – с готовностью «настучал» крыс, и даже добавил «В хлам.» ради уточнения. – А потом... я видел... он как встал и пошёл... Но недалеко ушёл, а взорвался там... на полянке... Как тогда я взрывался, только дыма было поменьше, а пламя побольше... Только что был там, а теперь – здесь... Это всё теле... телипо... ну как бывает при быстром телепании, значица...
Короткое слово «портал» крыс забыл, а выговорить длинное «телепортация» плохому оратору мешали язык и зубы.

0

76

- При те-ле-пор-та-ци-и, - торжественным высокоучёным тоном произнёс тёмный маг Виз'зредд Виз’зрхард, подняв руку с вытянутым вверх указательным пальцем. - Перемещении на расстояния путём, лежащим за пределами трёх пространственных измерений, - добавил он и задумался. Это уже было интересно. Похоже, что симптомы утечки маны проявились даже у демона. Может быть, и не совсем как у людей, но определённо сходство намечалось. Ещё более загадочным было то, что демон не исчез сразу, как он делал обычно, а сначала отошёл в сторону. И только потом телепортировался. "Силы небесные!" - вдруг сообразил Виз'зредд. - "Я ж его вроде и не вызывал?! Он сам пришёл!" Это было ой-ой-ой как нехорошо. То ли его призывал другой колдун, то ли демон нашёл способ самопризываться, а может, и вообще придумал, как остаться надолго в в этом мире и поселился где-нибудь неподалёку. А то, что смог один демон, вероятно, получилось бы и у других, куда более страшных и мерзких. И если им всем вздумается прийти сюда и начать безобразничать и драться за власть, то могут получиться очень большие неприятности. Для Виз'зредда Виз’зрхарда и одного тёмного господина было более чем достаточно. Да, было над чем подумать. Демон, видимо, мог приходить и уходить по желанию, обычной телепортацией. А значит, мог и вернуться в любой момент, застав его совершенно неподготовленным. "Однако, хорошо, что он отошёл подальше", - подумал маг. - "Мало ли как мог сработать телепорт при утечке маны. Отрезало бы мне полбашни и забросило бы в океан..." Он даже почувствовал зависть к могущественному созданию, которое не побоялось, будучи "ужратым в хлам", сотворить мощное заклинание. Вот только откуда взялась эта самая мана, да ещё в таком количестве? Другого варианта, кроме как из кристалла, в голову не приходило. Но почему такого не замечалось раньше? Что-то пошло не так, и кристалл выдал такую порцию легкоусваиваемой энергии, что и он, и демон перезарядились почти мгновенно. Как тогда, вспомнил он, волшебная палочка. Но в тот раз процесс был под его личным контролем, и всё прошло нормально. Хотя не совсем... Именно после того начались все эти странности с испорченными продуктами. "Трансформированными," - машинально поправил он сам себя. И вдруг сообразил, что он только что подумал. Если палочка обладала разумом, пусть и примитивным, то неизвестно, как на нём могло сказаться взаимодействие с кристаллом. "Не хватало ещё, чтобы и кристалл заразился чем-нибудь от палочки," - подумал он, холодея.
- Э-э-э... Вельхеарг, - пробормотал он несколько ослабевшим голосом, - ты это,.. в следующий раз приготовь мне чего-нибудь обыкновенного, без колдовства... И это... если заметишь, что палочка ведёт себя странно, докладывай мне о том. А я, пожалуй, прилягу, отдохну. Голова что-то разболелась. Погода меняется, наверное.
И маг поплёлся в спальню, чтобы спокойно полежать и пофантазировать о возможных последствиях. В том числе, наиболее неприятных.

0

77

Вельхеарг насупился. Не важно, как эта штука называлась, важно, что её нельзя было съесть. Он ещё раз вслед за волшебником попытался выговорить это длинное и высокомудрёное слово: «Те-ли-порт...-таццыя...», но опять споткнулся, еле довёл до конца и решил впредь больше не пытаться прыгать выше головы и разумения. «Пусть уж лучше хозяин занимается своей наукой, а у Вельхеарга дело маленькое. Приготовить, пожрать там что придётся...»
Однако надежде лишний раз нажраться на дармовую объедаловку суждено было гореть синим пламенем: хозяин запретил Вельхеаргу пользоваться палочкой. Вернее, не совсем запретил, но всё-таки... И несъедобные яблоки бы он точно не одобрил, это уж как пить дать.
– Ну, я пошёл, значитца... – пробормотал Вельхеарг и поплёлся к себе на кухню – мыть посуду, отчищать сковородку от горелого яйца, а затем и баиньки.

Но крыс схитрил. В конце концов, хозяин же не велел ему не использовать палочку для чистки посуды. Вельхеарг побоялся использовать магию на свеженаколдованном и, вероятно, дорогом блюде – которое, к тому же, нуждалось только в протирании ветхим кухонным полотенцем после облизывания – но вот на сковородке Скырс оторвался как мог.
– Хочу, чтоб сковорода стала чистою! – сказал Вельхеарг и взмахнул палочкой. Сковородка тут же покрылась разноцветной пеной: зеленоватой, розовой и бледно-оранжевой. Вельхеарг почесал в затылке, провёл пальцем по пенной сковороде и затем облизнул его. – А ниче. Сладенько так... Вот, значит, в чём хитрость...
Через несколько минут дочиста вылизавший сковородку Вельхеарг похрапывал прямо на кухонном полу, с выражением сытого блаженства на морде. Сон его был не совсем естественным, но здоровью крыса это не должно было повредить слишком сильно.

Брошенные в дальний угол надкусанные и забракованные яблоки ожили и проросли, переплетаясь стволами между собой в точности так же, как были заплетены стволами молодые деревья, найденные дриадой и Калиолем.

0

78

Мрачные мысли мешались в мозгу мага, пока он бродил по комнате из угла в угол. До рассвета было ещё далеко, но за окном слабо светилось небо и лес различался чёрной пеленой с зубчатым окоёмом. Досадно, ах как же досадно было из-за зонтика! Только теперь Виз'зредд осознал, что живущим во тьме обычный цвет безразличен; даже произведения искусства на дневном свету (вроде того натюрморта с лишайником) выглядят не очень впечатляюще. Будь в мире вечная тьма, зонтик был бы совершенством. А так - что говорить... Тем более, что в Подзем-мраке зонтики не нужны, лёгкий шлем и плащ практичнее - руки остаются свободны для оружия и магии. Эх... И ему ещё сильнее захотелось погрузить мир во мрак, окутать пеленой тьмы... Словно в ответ на его мысли в комнате потемнело. Колдун удивлённо осмотрелся и понял, что за окном что-то шевелится. Что-то вроде множества щупалец и корявых лап, которые наверняка пытаются пролезть в окно и схватить его. "Они уже здесь!!!" - зашептал он в ужасе. - "Они пришли за мной! Лесные чудища!" От страха он плохо соображал, но кричать не стал: может быть, тогда его не найдут. Отскочив к двери и укрывшись за ней, он приготовился дать дёру, как только разобьётся стекло и скроет звук его шагов.
Секунды текли, как лава. Шевеление за окном усиливалось; чудовищные отростки вскоре почти полностью закрыли просвет, но, как ни странно, вломиться не пытались. "Они не знают, где я, и лезут вверх по стене", - решил Виз'зредд Виз’зрхард. А наверху было Устройство, и как только колдун о нём вспомнил, то поспешил вверх, мысленно призывая Вельхеарга, который - вот негодник! - не поднял тревогу. Вскарабкавшись по лестнице, он вдруг замер - там явно слышались пыхтение и топот. "Нет!" - отчаянно вскрикнул маг и, приготовившись дать бой во имя Великой Тьмы, зарядил Копьё и ворвался на площадку. Голодный ёж, ничуть не впечатлённый эффектным появлением мага, пробрался мимо него, свалился на лестницу и скатился вниз. Виз'зредд перевёл дух, осторожно подошёл к окну - враги вроде пока не добрались сюда - и дрожа от страха осторожно высунул голову, держа заклинание наготове.
Темнота и покой ночного леса окружали Башню. Слабый ветерок шелестел листьями. Где-то вдали кувыркалась в воздухе стайка светящихся стрекоз (они так подманивали насекомых, а потом глушили электричеством и ели). Прохладный свежий аромат хвои наполнял ночной воздух. И только под окном извивалось и вытягивалось вверх нечто кошмарное. Использовав магию, чтобы лучше видеть, Виз'зредд с удивлением обнаружил, что зловещий монстр - это быстро растущее корявое дерево с явными признаками магии Искажения Природы и Хаоса. Причём прорастало оно из его Башни через кухонное окно. Впервые за долгие годы колдун подумал, что ему не хватает заклинаний Света, которыми, вероятно, можно разрушить чары. И ещё подумал, что плохо представляет, чем бороться с деревом, растущим у стены Башни.

0

79

Крыс проснулся, когда один из стволов, словно щупальце, обхватил его поперёк туловища, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли, наоборот, подтащить его поближе к корням.
– А-А-А-А! З-З-ЗДЕСЬ ЗМЕЯ-А-А!!.. – с перепугу завопил и забрыкался Вельхеарг, выскользнул кулем мечущихся в панике угрей из нежно обнимающего его древесного кольца, и резво, на всех четырёх, чесанул галопом к выходу из кухни. Лысая грязно-розовая змея пронеслась по полу следом за ним и буквально чудом избежала участи прищемиться захлопывающейся кухонной дверью.
Впрочем, для Вельхеарга воображаемая опасность была в тот момент намного страшней невображаемой.

Снаружи было ещё темно: небо лишь слегка полиняло и посерело, обещая скорый рассвет – может быть, через четверть часа, а может, и через два-три, это как повезёт. Отбежав подальше от башни – погони не было – Вельхеарг начал надеяться, что доживёт до рассвета. Может быть. Если повезёт.
При мысли о том, что точно такие же (или ещё хуже) чудовища могут притаиться и в лесной чаще, в животе у крыса снова похолодело. «Это ж их летающая крыса привела» – подумал он обреченно. «Ить чуял же, что не надо было её отпускать. На кормительную палочку купился...
Й-йи-иэх, дурачина-а!.. Продешеви-ил...
И хозяин говорил мне то же самое. Тоже предупреждал...»
– втюхивал крыс задним умом, обходя башню на безопасном расстоянии, – «...что пузатая мелочь приведёт дриаду... СТОП! ЭТО ЧТО ЗА ВЕТКИ ИЗ ОКОШКА ТОРЧАТ??!..»
Бройлерный крыс как трусил рысцой на четверых, так и плюхнулся на свои костлявые окорока, едва не искупав хвост в случившейся поблизости лужице.
«В башню влезла дриада» – наконец догадался Вельхеарг, несколько минут помедитировав в позе олуха, с вытаращенными остекленевшими глазами и широко распахнутой пастью, из которой то и дело капала слюна, пока у него в мозгах не произошло просветление. «Счас находится на первом этаже и пытается попасть на верхние, штоб убить моево хозяина...»
При последних словах Скырс почувствовал, как его гортань снова стягивает невидимая удавка. Ясно было только одно – если он сию же минуту не кинется на помощь волшебнику, смерть его будет не очень долгой, но мучительной. Если кинется – протянет чуть дольше. Так чего ж тут раздумывать.
Прохрипев нечто, с большой натяжкой напоминающее боевой клич (если его вопить шепотом – чтоб враги не услышали), бройлерный крыс со слепой яростью берсерка бросился к башне. Дышать сразу же стало легче – до сих пор Вельхеарг делал правильный выбор. Оказавшись у подножия башни, Скырс изо всех сил подпрыгнул и, разразившись боевым воплем на полную глотку, уцепился за ближайшие ветки и начал быстро-быстро карабкаться по ним вверх, в ярости царапая их когтями и раздирая кору (вниз посыпались мелкие листочки), чтобы хоть так досадить подлой и коварной дриаде, вздумавшей злодейски подобраться ночью к Скырсу и волшебнику, пока те мирно спят в своих постелях, чтобы подло задушить их ветками.
Окно, до которого достигали верхние из веток, оказалось закрытым, Вельхеарг попытался было выбить его своим телом – только тельце оказалось слишком легким и он лишь больно ушиб себе кое-что.
– Господин! Мой господин! Откройте! – прошипев от боли, принялся орать крыс-переросток. – В башне внизу дриада, но я уже здесь! Я спасу вас! Я помогу вам выбраться!..
Вельхеаргу в данный момент только мокрой половой тряпки не хватало, чтоб накинуть её на плечи вместо плаща.

0

80

- Вельхеарг? Быстро сюда! - маг сорвал задвижку и приоткрыл окно, отступая в сторону, чтобы серый слуга смог пробраться внутрь.  Как ни странно, но он сразу почувствовал себя спокойнее, то ли потому, что лесные чудовища при всей их кошмарности до сих пор не пришибли крыса, то ли потому, что тот напугался не меньше его самого, то ли ему просто не хотелось сейчас выглядеть трусом. Итак, коварная дриада решила взять Башню приступом? "Стоп", сообразил маг. "Никакая это не дриада. Откуда бы у неё взяться Искажённой Природной магии, не говоря уже о Хаосе? Не-ет, это явно ещё один гость, вроде того ежобраза." Впрочем, от этого было не легче. Виз'зредд сразу вспомнил длинные когти монстра, его злобный взгляд и неуязвимость к магии Тьмы. На этот раз, правда, чудище было растительным, но зато и разрасталось с огромной скоростью. Куст-спрут был просто перекачан "Ускорением роста" или "Лианами".
- Надо лишить его корней! - храбро возгласил колдун, но сойти вниз не решился: нужно было охранять Устройство. Подумав ещё, он заявил: - Нет, пожалуй, сделаем так. Я наложу на тебя заклинание "Спешки", а потом - "Кару Природы". Растение погонится за тобой, а ты от него убежишь и уведёшь его от Башни. Хотя нет, не стоит: на тебя могут наброситься обычные растения, и тогда далеко ты не уйдёшь...
Он хмыкнул, разглядывая Вельхеарга, но тут ему в голову пришла мысль, настолько хитрая и коварная, на его взгляд, что была вполне достойна Обитающих-во-Тьме. Растения не имели разума и, с одной стороны, были весьма устойчивы к чарам, а с другой - не умели соображать.
- А что если, - тут Виз'зредд Виз'зрхард подло захихикал и потёр старческие ручки, - если наложить "Кару Природы" на сам этот куст? Сейчас и попробуем!
Он проворно отскочил к Устройству, уже привычным жестом отодвинул обсидиановый щиток и активировал кристалл. А затем собрал столько энергии, сколько смог за раз, сплетая в заклинание. И снова его хитрый ум подбросил замечательную идею: у растений побеги самостоятельны, могут в принципе жить отдельно, то есть, теперь надо было набросить заклинание на часть куста.
Тем временем, древесные щупальца пролезли в окно, расходясь вверх, вниз и в стороны по стенам, словно змея, пытающаяся заглотнуть всё, что есть в комнате. И, не теряя времени, волшебник протянул руки вперёд. В сторону нижней половины ползучих побегов с его пальцев сорвались ядовито-зелёные, тёмно-красные, бурые и серые нити, бугрящиеся, словно весенние ветки с почками, но корявые и заплетающиеся.
- Вельхеарг! Прочь отсюда! - крикнул колдун, продолжая творить заклинание. - Беги вниз, в другую комнату! Скорее!
Как всегда, он поздно сообразил, что его крыс - тоже, в принципе, существо Природы, причём даже Искажённой. И что заклинание могло бы подействовать и на него, заставив яростно наброситься на кошмарный куст.

0

81

Вельхеарг тяжело перевалился через подоконник и грязным кулем шмякнулся на пол, тяжело переводя дух. Мягко говоря, спасатель из него был никудышный. Одно хорошо – это что хозяин на него не сердился.
Некоторое время Вельхеарг поприкидывался на всё согласным шлангом. «Взять топор и пошелонить шинковать для хозяина цилиндричных корней? Пожалуйста! Да хоть кубиками – ему видней, чаво там требоваться для заклинания!.. Прикинуться хромающей крысонаседкой, штобы отманить голодное растение от родного гнезда? Да пожалуйста, только Вельхеарг галоши наденет... эт-та... то в лесу сичас больно сыро...» Вельхеарг не знал, кто такие «галоши» (резину алхимики пока не изобрели), однако даже не удивлялся, что в его пустую башку запросто входят без приглашения разные незнакомые слова – главное, чтоб вели себя хорошо и не хватали его ночью поперёк туловища. Днём пусть тоже не хватают – а то лезут тут в окно всякие...
«Всякие? В окно?..»
– А-А-А-А-А!!!..
С перепугу крыс завопил благим ором и, поджав хвост, припустил на полусогнутых к двери, в любой момент ожидая от волшебника подбадривающего пинка в область кормы, на каждом шагу поддающей вверх, будто Вельхеарг и впрямь качался на волнах. Позади послышался град тихих шлепков – то древесные щупальца отпали и посыпались на пол извивающимися дерущимися змеями. Выглядело так, как будто бы они пытались задушить друг друга. Заметно укоротившийся главный неприятель завязал свои побеги узлом и ринулся вниз, несколько секунд спустя снаружи послышался очень тихий шлепок. И... всё стихло.
В комнате повеяло падалью.
Валяющиеся на полу извивающиеся щупальца разлагались, истекая вонючей жёлто-зеленоватой слизью. Вельхеарг отпихнул головой дверь и выскользнул в коридор, едва не прищемив самое ценное, что у него было. Дверь захлопнулась (возможно, её можно было открыть), вслед за тем – только вряд ли вызванным этим хлопком порывом ветра – где-то внизу выбило стекло, о чём оно и поспешило со звяканьем оповестить окрестности. После чего внизу кто-то выругался – к удивлению, на «паучьем» языке, которым заведомо не мог и не умел пользоваться Вельхеарг.
Вельхеарг, паршивец этакий, больше не появлялся – словно в воду канул или его захватили в плен эти там, снизу.

0

82

Лесная чащоба <---

Дровскому воину повезло: спустя немного времени Шартран заметил в лесу жильё – высокую каменную башню, уж наверняка жилище волшебника, на что указывали и валяющиеся у стены растительные отходы магических экспериментов. Первое попавшееся на глаза окно было занято ползучими, но уже ссыхающимися и свисающими вниз побегами, тёмный эльф взобрался вверх, некоторое время пытался безуспешно расчистить окно, чтобы можно было протиснуться внутрь, но затем, чувствуя, что этим только теряет время – кожу уже саднило от света – поднялся выше, выбил окно на следующем этаже и упал в комнату.
И столкнулся с большим облезлым крысом – «Вот так звери водятся в этом замке!» – с трусливой наглой ухмылочкой на морде протискивающимся в комнату, чтобы погрызть хозяйские алхимические припасы. «Так вот ты на чём так вымахал, чудовище!..»
Шартран отмахнулся мечом и сердито крикнул на крыса, отгоняя мерзкую тварь. Тварь молча попятилась, ошеломлённо вылупившись на пришлого остроухого и, к его собственному удивлению, продемонстрировала ему неприличный жест, принятый у многих так называемых разумных рас.

0

83

Весьма довольный своей изобретательностью и тёмным коварством, Виз'зредд Виз'зрхард мелкими шажками устремился к окну, обходя скользкие лужи, и выглянул наружу. Утренний свет определённо посбособствовал разрушению очередного монстра: останки уже опали и перестали конвульсивно дёргаться. Колдун захлопнул и запер окно и, обернувшись к нему спиной, прислонился к подоконнику. Куст не успел устроить погром, впрочем, убирался бы всё равно Вельхеарг. Зато зеленоватая гниль напомнила ему некий зонтик, о котором он старался не думать...
Так, пока всё было спокойно. Днём можно было не опасаться искажённых чудовищ, и Виз'зредду смутно подумалось, что побочные эффекты демонского Устройства начинают действовать ему на нервы и если так и дальше будет продолжаться... Вздохнув, он отключил кристалл и прикрыл его пластинкой, чтобы дневной свет не рассеял внутренние заклятия. И медленно, неторопливо спустился в лабораторию. Ему показалось, что в соседнем помещении кто-то возится, но это был, конечно, Вельхеарг. Отыскав посох, маг с его помощью достал водоотталкивающее страшилище, раскрыл и взял в другую руку, держа над головой. Как если бы начался дождь. Изнутри зонт выглядел нормально, если не считать пыли, которая успела на нём осесть. "Да уж", – проворчал он. – "Воистину у всего есть обратная сторона. Даже у перекрученной полоски – в мнимом пространстве." Опираясь на посох и по-прежнему держа зонтик, колдун вышел на середину комнаты и позвал крыса. Уже было довольно поздно, да так, что уже рано, и он решил, что не мешало бы подкрепиться. А для начала выпить горячего чайку.

0

84

В башне был кто-то ещё. Шартран был в этом уверен, потому что слышал его голос. Более того, под влиянием этого голоса крысоподобная тварь неожиданно обрела свой, жалобно проблеяв что-то вроде «Иду, хозяин!», но с места не сдвинулась, завороженно глядя на острие шартранового меча. Тварь клацала зубами и мелко дрожала. Шартран тоже начинал чувствовать беспокойство: Л'лос знает, кто там за у этой твари за хозяина, раз уж у него такие отвратительные слуги, наподобие этого.
С другой стороны, это было и хорошо. Светлые сородичи не занимались разведением таких монстров, но зато и разговор у них с ним получился бы до обидного коротким. Разумеется, дроу постарался бы прихватить с собой как можно больше остроухих и бледнокожих собеседников, но даже за порогом смерти они попали бы к разным богам. Так не наговоришься.
С собратьями по злу договориться было не в пример проще. Главное – это понять, в чём может заключаться его выгода. И, естественно, самому не продешевить, чтобы не опуститься до прислужника. Наподобие этого.
– Кто у тебя хозяин? – спросил эльф у твари, выразительно поведя мечом в сторону ейной морды. Тварь поджала хвост, прижала уши к черепушке и трусливо призналась:
– В-в-валшебник. К-к-калдун.
«Ну естественно! Кого ж ещё можно было бы ожидать в этой башне посередине леса?!» – иронически подумал Шартран, досадуя на свою недогадливость. Это его зелёные космы из окна с толку сбили.
– Человек или эльф?
– Ч-чиловек.
– Злой волшебник?
– Оч-шень злой. Особено когда Вельхеарг делает что-то н-не-не-не-е-е-еправельно...
Глядя на крыса, Шартран ехидно заметил, что в последнее время его волшебник должен бы быть очень злым. Обеляя себя, крыс запротестовал: он не виноват, этот огромный клочок ботвы высунулся из окна его кухни сам по себе. Словно оправдывался. И при этом прижал лапы к шее и дико зарысил взглядом по всем сторонам, словно за ближайшей колбой в засаде сидел его хозяин, ежеминутно ожидая его признания.
– Если так, тогда веди меня к нему, – приказал тёмный эльф. – Думаю, что смогу предложить ему сделку.
Шартран не знал ещё, что он собирается предложить хозяину огромного грызуна, но надеялся, что на месте сообразит, что тому можно пообещать и что попросить взамен.
Крыс почесал к двери. Дроу последовал за ним, стараясь время от времени подталкивать грызуна остриём своего меча. Вельхеарг жалостно охал и старался шлёпать быстрее, несмотря на то, что лапы у него заметно подгибались от страха.

0

85

Тёмный волшебник и колдун Виз'зредд Виз'зрхард начинал хмуриться. Вельхеарг что-то запаздывал. Закралась мысль, уж не ослабевает ли действие заклятия, но вроде не должно было: ещё два дня как минимум оставалось. Наконец он услышал торопливое шарканье, и вскоре в лабораторию ввалился дрожащий крыс, за которым следовал некто с весьма характерной внешностью. Маг нахмурился сильнее: не окажется ли очередной посетитель столь же нежеланным гостем, как ежобраз (кстати, ёж-то до сих пор где-то бродит!) или спрутокуст. Задействовав магическое зрение, он внимательно рассмотрел пришельца. Монстром он, похоже, не был. Да и на агента дриады или стражей леса тоже не походил. Зато высветились какие-то амулеты и заклятие, наложенное на саблю или ятаган (в оружии маг разбирался плохо). "Чёрт знает, что такое", - подумал он. - "Если он настоящий, то что он тут делает? Может, его прислал тот... Господин..."
Припомнив язык, Виз'зредд постарался как можно непринуждёнее выговаривать слова и, приветственно помахав над головой зонтиком (влево-вправо), спросил:
- Тебя послал демон?

(Впрочем, отсутствие разговорной практики сказалось: то, что он произнёс, можно было понять и как "тебя послал демон", и как "ты послал демона", и как "пошёл ты к чёрту", и даже "изыди, ты, демон". Кроме того, он не учёл, что в речи Детей Тьмы, по определённым причинам, вопросы были редкостью. Они рано приучались сообщать всю полезную информацию сразу, а получив её, довольствоваться оной и действовать по собственному разумению и по обстоятельствам. Тем более, что в мире хаоса обстоятельства постоянно менялись (единственное постоянство Хаоса), и так или иначе приходилось соображать самому. Поэтому вопросы как таковые либо звучали как утверждения, либо сокращались до минимума. Из речи воинов давно исчезли "где", "как", "куда", и особенно, "почему" и "зачем". Да и маги, например, заходя в лавку, не спрашивали "Есть ли", тем более, "у Вас" - они просто перечисляли торговцу необходимые их компоненты. И у опытных, долго проживших в городах Подзем-мрака поставщиков имелся весь список. Даже жрицы, обращаясь к божеству, обходились без вопросов, ибо Ей были ведомы все их дела и помыслы, и Она сразу давала - или не давала - ответы. Вопросы сложные, отчасти философские - признак любопытного ума - иногда украшали речь магов, и каждый бывал, в своём роде, произведением искусства риторики и логики, зачастую парадоксальным или афористичным, полным намёков, полу-намёков, четверть-намёков и т.д., порой граничащим со свободомыслием. Ну и, конечно, много вопросов было в разговорах низших рас - но на их неуклюжих, некрасивых языках, ибо большинству не хватало мозгов, чтобы изучить речь благородных... а остальным хватало ума не делать этого. В общем, вопросительная интонация из человеческой речи у Виз'зредда прозвучала столь же резко, как оскал по сравнению с улыбкой краешком губ.)

- А ты, - обратился он к Вельхеаргу на обычном языке, - приготовь нам чай. Что-то прохладно, - слегка поёжился маг. - Да, - наконец вспомнил он, - и поищи ежа, он где-то бродит.

0

86

Маг оказался странным. Почему-то Шартран не чувствовал в нём угрозы – несмотря на то, что тот, помахав какой-то подозрительной штуковиной, словно экзорцист кадилом, предложил: «А не убирался бы ты к демонам?» Шартран был бы рад убраться обратно в своё Подземелье – но, к несчастью, не располагал такими возможностями, так что придётся магу его немножко потерпеть, если человеческий колдун сам не догадается, что неплохо было бы облегчить дорогу.
– Я уйду. Скоро. Как только переговорю с тобой, – объяснился дроу на ломаном языке Поверхности, включавшем в себя человеческие, гномские и эльфийские слова, к которому прибегали дроу во время набегов. Секундой позже Шартран сообразил, что сглупил: не надо было ему показывать, что он знает ещё какие-то языки помимо своего. Впрочем, его мог бы заложить крыс, с которым они объяснялись и который не был настолько образованным, чтобы понимать по-дровски – а колдун наверняка бы не обрадовался, предложи Шартран вырезать его крысу язык в честь знакомства. – Что ты хочешь от нас, человек? Я могу помочь тебе избавиться... только объясни, от кого.
При наличии отсутствия других хороших идей наилучшей политикой Шартрана стала прямота. По его расчётам и прикидкам, повстречавшийся колдун не должен был особенно удивиться подобному предложению, если был хоть мало-мальски знаком с репутацией дроу. Если судить по знанию языка... да, наверно, человеческий колдун был знаком. Хотя им было сказано слишком мало слов, чтобы Шартран мог судить, насколько глубоко.

0

87

Маг ненадолго задумался. Особенно его озадачило слово "нас". Первым, что пришло ему в голову, было: к нему явился представитель гильдии убийц с очевидным предложением принять "заказ". Вот только он не помнил, чтобы вызывал кого-то, кроме демона. На секунду колдун даже усмехнулся этой мысли: ошибся в заклинании, вызвал не того... Впрочем, судя по предварительным данным, сей Сын Демонической Королевы вполне походил на ассасина. Виз'зредд стал соображать, от кого, собственно, ему надо избавиться. Сразу на ум пришла дриада – пока она там возродится в новом дереве, он, может, давно уже отправится в последний квест... И к тому времени, когда она придёт мстить, от его Башни, гордо возвышающейся в лесной чащобе, останутся лишь руины...
Меня тут беспокоит одна дриада, – произнёс он на языке поверхности. – Лесная фейри – повторил он на всякий случай на иллитиире. – Мой раб, – ткнул он пальцем (вместе с зонтиком) в сторону крыса, – ты ещё здесь? Иди готовь чай! – и продолжил, вновь обращаясь к визитёру: – напал на неё и ограбил, но оставил живой. Она может отомстить. Сколько это стоит? Избавиться от дриады?
Заодно Виз'зредд Виз'зрхард сообразил, что наконец-то ему представился случай пообщаться вживую с настоящим представителем подземной расы и что есть возможность узнать что-нибудь интересное.
Не надо торопиться с ответом, – добавил он. – Мы можем как следует всё обсудить, так что не спешите уходить. Останься пока здесь для разговора.
Он наконец-то отложил в сторону зонт и, присев к рабочему столу, за которым недавно его сотворил, расчистил место для чая.
Возьми стул и сядь сюда, – маг указал на место рядом с собой. – Вы любите чай? – спросил он вежливым церемонным тоном.

==============================
Меня, кстати, тоже озадачило то же слово.

0

88

С некоторым трудом Шартран догадался, что его предложение пришлось волшебнику по душе. Мешало недостаточное знание языка Поверхности, вынуждая его обходиться короткими заученными фразами и надолго задумываться над теми, которые выпадали из его словарного запаса. Хотя он и разобрал слово «дриада», более точное чем «лесная фэйри», которым многие менее образованные его сородичи без разбору величали всех эльфоподобных существ, живущих в лесах и более подкованных в области магии, чем хотелось бы тёмнокожим налётчикам. «Дриада – это значит древесная магия», – как-то снизошёл до откровения его боевой командир. «Если двигаются корни и ветви, значит, нужно смотреть в оба – не то, не ровен час, обхватят и задушат». Для юных воинов тёмных эльфов, знакомых лишь с намного менее опасными лишайниками (могут быть только ядовитые или неядовитые) и грибами (ядовитые и неядовитые, могут выделять ядовитые споры и кричать, предупреждая о непрошеных гостях), сообщение о том, что прежде безобидные поверхностные растения, подчиняясь чьей-то воле, способны действовать и нападать подобно живым существам, стало ещё одним доказательством в пользу обитателей Поверхности.
И всё-таки он хорошо сделал, что вместо «меня» ввернул «нас», как будто бы за ним стояла ещё какая-то сила – кроме его Паучьей богини, весьма ограниченной в средствах на Поверхности – да ещё и напустился на волшебника, будто бы это он ответственен за вызов дроу в окрестности этой башни. Колдун оказался очень сговорчивым (а может быть, просто очень деловым) что не стал ходить вокруг да около и сразу же приступил к делу.
– Я хотел бы больше знать об этой дриаде, – сообщил дроу волшебнику. В его обществе размеры оплаты могли очень сильно меняться, в зависимости от того насколько опасной была жертва и какое она занимала положение в обществе. Слаба ли она или может дать отпор, с каким рвением будут искать её убийцу. Заказчики обычно старались придержать компрометирующие их подробности, но давали исполнителю такую информацию, что была необходима ему в интересах дела. – К тому же... – дроу чувствовал усталость и с большим трудом удерживался от того, чтоб зевнуть. – Да, от чая не откажусь, – неожиданно сказал он, наконец-то вспомнив, что это такой бодрящий напиток Поверхности. И Шартран надеялся, что его напиток не будет отравлен: вроде этому магу было не к чему было травить, если они только-только узнали друг друга.

0

89

Надеясь, что Вельхеарг не слишком запоздает с угощением, маг как мог развлекал предполагаемого ассасина рассказами о себе. Он не уточнял, как, собственно, занял этот участок леса, руководил постройкой Башни и оснащением лаборатории, а впоследствии жил здесь относительно спокойно в течение многих лет без явных помех в лице лесных обитетелей, как разумных, так и не очень. По его словам получалось, что он был тут всегда, а их "здесь не стояло". Впрочем, он и сам догадывался о сомнительности своего повествования, и даже понимал, что его собеседник тоже не принимает всего за чистую монету, да и не нуждается в моральных оправданиях для чего бы то ни было. В изображении Виз'зредда Виз’зрхарда дриада была лесным чудовищем, захватившим принадлежащий ему артефакт, и Вельхеаргу пришлось отбирать его с боем. Кроме того, дриаде прислуживало другое чудовище, похожее на быстролетающую крысу (о таких он, кстати, где-то, вроде бы, читал, что они любят захватывать чужие башни и потом веселиться на развалинах, вылетая под покровом ночи и нападая на случайных прохожих, используя иллюзии и прочее колдовство; и если вампиры обращаются в летучих мышей, то кто же тогда превращается в летучих крыс? – в общем, "таится мрачный ужас и глухая злоба") и вооружённое сильным магическим предметом. Вначале этот зловещий прислужник был героически пленён крысом-слугой и посажен под замок, но как-то сумел выбраться, отвлёк Вельхеарга колдовством и сбежал, предварительно напав на самого волшебника. И теперь, несомненно, она разрабатывает зловещие планы мести, к которым, весьма вероятно, привлечёт лесную живность. Поэтому для начала стоило бы проверить обороноспособность Башни и её пригодность к тому, чтобы выдержать длительную осаду и штурм. По какому поводу Виз'зредду не помешало бы выслушать мнение компетентного воина (кивок в сторону собеседника). Кроме того, нельзя исключать попытки секретного проникновения на территорию охраняемого объекта, – ибо всем известно, что лесные фейри отличаются хитростью и коварством и не гнушаются всякими уловками, – а значит, нужно позаботиться и об этом аспекте проблемы. И опять же, консультация специалиста по "stealth action" тоже не помешает. Тем более, что Виз'зредд, мирный учёный, увы, далёк от воинских дел, а в настоящее время, в сотрудничестве с одним демоном, занят решением весьма важной магической задачи и, соответственно, не имеет времени, чтобы заниматься всеми вопросами. Чтобы похвастаться перед гостем, маг даже предложил, в меру своих скромных возможностей, сотворить для него каких-нибудь полезных вещиц, зачарованных в лучших традициях обитателей Подзем-мрака. Заодно он поинтересовался, не ссорился ли тот в последнее время с какими-нибудь демонами, поскольку один из них, вполне вероятно, будет иногда сюда наведываться для проведения научной работы.

+1

90

Слушая волшебника, Шартран – насколько это было возможно в его положении скитальца – заметно успокоился и расслабился, и сейчас сидел напротив хозяина башни, с удовольствием потягивая из чашки крепкий горячий травяной настой, который здесь, на Поверхности, называли чаем, а в Подземье с ним знакомы были только очень знатные дроу, ибо чая вниз перепадало мало, вся трофейная добыча шла в хранилища Матрон... и вообще – кто захочет торговать с такими ненормальными садюгами и убийцами, каковыми в глазах верхнеживущих рас выглядел практически весь их народ?
К облегчению Шартрана, жизнью приученного не доверять незнакомым пище и питью, от каких бы щедрот они ни происходили, после одной кружки чая ничего плохого с ним не случилось. Кроме того, сама обстановка этого разговора говорила ему о том, что они находятся в безопасности. Разумеется, относительной – абсолютной безопасности не бывает – но наёмник был приучен ценить и это. Волшебник напоминал ему некоторых высокопоставленных дроу у него на родине: тёмные эльфы обычно предпочитали помалкивать, обходясь вместо длительного монолога несколькими словами и несколькими жестами – и могли позволить себе расслабиться и поговорить только тогда, когда были уверены, что все внешние и внутренние угрозы устранены, и самое главное – что они полностью контролируют ситуацию.
И поэтому Шартрану было приятно, что гостеприимный хозяин говорит и говорит (значит, непосредственной опасности пока нет), и говорит не просто о чём-то, а определённо желает лучше выглядеть в глазах дроу, выставляя «лесную фэйри» злодейкою и захватчицей. Сговорчивая мораль наёмника позволила бы ему взяться за это дело и прикончить дриаду, даже если бы колдун признался в противоположном, только всё равно такое отношение заставляло его чувствовать себя более крупной и значительной фигурой – одним словом, тёмнокожий остроухий с готовностью подставил свои «локаторы» под развешиваемые на них кулинарные изделия.
Под конец, чувствуя, что его всё более и более клонит в сон, Шартран извинился – ему непременно нужно было отдохнуть – но обещал, что вечером непременно займётся коварной дриадой и её быстролетающей тварюшкой (наверняка фамильяром) и обеспечит защиту башни в ночное время, в то время как для волшебника и его крысообразного помощника настанет пора отходить на отдых. И да, он ещё не ссорился ни с какими демонами, не имеет против них никакого предубеждения, и – если любезный хозяин позволит – хотел бы познакомиться с одним из них. Теперь же он просит дозволения откланяться, и – да не сочтёт волшебник наглостью его требование – чтоб крысообразный слуга нашёл для него какое-нибудь тёмное и безопасное место, куда даже днём не попадают солнечные лучи.

0


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Чаща леса » Башня алхимика и тёмного волшебника и колдуна Виз'зредда Виз’зрхарда