Миранделла: Enchanted World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Волшебная поляна » Домик Айэли


Домик Айэли

Сообщений 1 страница 30 из 48

1

http://s015.radikal.ru/i332/1109/6c/1615614f0070.jpg
Находится недалеко от поляны. Айэли там живёт вместе с матерью и двумя старшими сестрицами.
Представляете, одна из них уже настолько взрослая, что пользуется маминой косметикой и встречается с одним лесным эльфом.

0

2

Берег Волшебного озера <---

– Мам, я пришла! – крикнула Айэли ещё с порога, опуская притихшего тяжело сопящего крысёнка на табуретку. – Чай готов? Калиоль простудился, его нужно прогреть и покормить! Я нашла его около озера... – и Айэли испуганно замолчала.
«Мне ж не разрешают ещё купаться. Рассердится мама или не рассердится? Ой, только б не рассердилась!..»
– Я совсем не купалась! Платье... а оно, это... из-за крыса промокло! И туфельки тоже. Я там только гуляла, вот честное слово!.. – клятвенно заверяла свою мать Айэли, встретив взгляд сузившихся – «Всё-таки рассердилась...» – золотисто-зелёных глаз своими широко распахнутыми наивными васильково-синими.

Отредактировано Айэли (06.07.2011 17:27)

0

3

Берег Волшебного озера <---

Плюхнувшись на табуретку, Калиоль распустил лопушками ушки и встопорщил шёрстку. Судя по затянувшемуся молчанию Айэлиной матери, его подружка в очередной раз сделала что-то такое, что ей не разрешалось, да и сам он внёс свою лепту, намочив и испачкав ей платье – вон пятно у нее на пузе такое большое. И не отстирать – лапки коротки, да и кто вообще такую нарядную вещь такому как он доверит?
– Ваша Айэли спасла меня от страшной смерти, – мокрый крысюк попытался изобразить полный достоинства поклон, но вследствие предательской слабости в голове и во всех лапках это получилось у него слишком смазанно и Калиоль шмякнулся на все четыре лапки и начал сбивчиво рассказывать о своих приключениях. – Я вчерашиньки в самом логове врагов побывал. Удирая оттуда, заблудился, простудился и кое-как дороженьку назад-то нашёл. У меня температура, жар, очень пить хочется... я упал в озеро и начал пить... и, наверное, утонул бы, отяжелевши-то... – голос крыса стал очень жалобным. – Не ругайте её, она хорошее дело сделала...

Отредактировано Калиоль (07.07.2011 09:04)

0

4

Эвлин-Еванджелина, скрестив руки на груди, с деланным возмущением глядела на эту шаловливую парочку. Обычно это срабатывало, не подвело и сейчас. Её любимая младшенькая дочка и её пушистый приятель по играм тут же начали выкладывать, что у них приключилось, запинаясь, поминутно заминаясь и явно выгораживая друг друга, будто пойманные на краже сладостей из буфета, а крыс к тому же еще и шатался от слабости. «Простудился? Что ж, вполне возможно. Однако интуиция мне подсказывает – здесь должно быть что-то ещё...»
Эвлин-Еванджелина поставила на стол перед крысом чашку горячего чая и плюшку с вареньем.
– Давай ешь, я же вижу, какими голодными глазами ты по сторонам шаришься. Потом займёмся твоим лечением. О своих приключениях расскажешь чуть позже – не дело приличным зверюшкам с набитым ртом разговаривать. С тобой же, юная леди, я поговорю чуть позже, – добавила она, переведя взгляд на Айэли. – Расскажешь, по какой причине тебя так тянет к озеру, если уж не купаться.
В объяснения своей любимой дочурки она верила чуть меньше, чем Калиоля, который за все проведенное в лесу время так и не научился врать складно и постоянно пробалтывался, стоило только задать ему щекотливый вопрос во второй раз, когда крыс меньше всего этого ожидал.

0

5

Калиоль вгрызся в плюшку зубками так, будто до этого его целую неделю морили голодом. На какое-то время весь окружающий мир прекратил для него своё существование, оставались только Калиоль и еда... очень вкусная еда, хотя варенья на плюшке могло быть и больше...
Щёчки крыса с усилием шевелились, усики дрожали – можно было легко догадаться, что за ними творится. Время от времени он совал мордочку в чашку – и оттуда доносились хлюпающие звуки. Крепкий чай был хорош, но варенья там тоже не хватало.
Так могло бы длиться до бесконечности, но в какой-то момент зубки крыса звучно щёлкнули в пустоте. Калиоль жалобно посмотрел на фей, он никак не мог взять в толк, почему внезапно кончилась плюшка. Ведь не может такого быть, чтобы она полностью переселилась в его животик. Должен был оставаться ещё хотя бы один кусочек.
Наконец маленький голодный крысюк сообразил, что произошло нечто непоправимое, и умоляющий взгляд его глаз сделался из удивлённого жалобным и очень умильным. Калиоль весьма выразительно поводил лапкой по животику, показывая, что тот ещё не наполнился. Глупый прожорливый зверёк умолял о добавке.

0

6

«Вот, скажите на милость, этот зверёк бывает когда-нибудь сыт? Что-то не похоже...» Эвлин-Еванджелина только головой покачала.
– Нет уж, пушистый друг, тебе сейчас вредно переедать, – заметила она, набрав в тазик воды и подогревая её заклинанием при помощи амулета. – Постарайся не расплескать всё, ибо заряд не вечен, а чтобы возобновить его, бедной старой маме Айэли нужно будет отправиться за тридевять земель искать эльфийского ремесленника... Зато, если будешь себя хорошо вести... А, вот куда я его положила!.. Зажмурь глазки!
Калиоль плюхнулся в тазик и следом ему на мордочку полился пенный раствор.
– Мыльный корень, чистотел, череда, зверобой... – комментировала Эвлин-Еванджелина, взбивая пену и густо намыливая ею подранную шёрстку крысёнка. – Тут синяк, там царапина... Да на тебе же места живого нет, бедолага... Опять с кошкой подрался или искал клад... э-эм-м-м... в терновнике?..

0

7

Крысовы болячки щипало, Калиоль жалобно попискивал, но выпрыгивать из тёплой водички и сердить Эвлин-Еванджелину не собирался. Вместо того он зажмурил глазки, прижал ушки, чтобы внутрь не попадали вода и пена, и затих – полная противоположность пушистой летающей балаболке, которой он имел честь пребывать всё остальное время. За исключением того, когда маленький глупый пушистый крысюк просто банально дрых – с храпом и характерным присвистыванием.
Когда Калиоля в последний раз окатили тёпленькой мокрой водичкой, вынули из тазика и завернули в пушистое махровое полотенце, он осторожненько приоткрыл глазки и высунул из полотенца свой мокрый чёрный носик, а вслед за ним – и длинные белые усики-вибриссы.
– Вы, наверное, помните, что произошло вчера? – крысёнок решил начать издалека. – Такой страшный шум, грохот... Потом стало пасмурно. Я полетел посмотреть, что случилось – но попал в паутину. Совершенно нечаянно, честное лесное. После этого мы с Алессандрой нашли кристалл и понесли его на поляну Совета, а потом – к эльфам. Потому что на поляне из Совета никого не оказалось, – чувствуя себя неразумным и несообразительным, добавил крысюк извиняющимся тоном и потупил глазки. «Может быть, не стоило уходить оттуда? На поляне Хранителей мы были бы в полной безопасности – туда даже волки без спросу входить боятся...»

Отредактировано Калиоль (15.07.2011 08:19)

0

8

«Значит, сначала был грохот, затем стало пасмурно. Эх, бедолажка!.. Да неужто ты грозы-то испугался?..» – Эвлин-Еванджелина аж прицокнула языком от удивления. Давеча Айэлина прародительница слышала, как с небес что-то прогромыхало, однако, закрутившись в повседневных хлопотах своих, приписала эти звуки начинающейся грозе и, замешивая тесто на вкуснейшие ватрушки и болтая с подругой-феей, изрядно подивилась тому, что ни капли не пролилось с высот на землю.
– Наверное, это была очень большая паутина, – резонно заметила Эвлин-Еванджелина и погладила зверька по головке и розовым ушкам, всё ещё мокрым после купания. – Думаю, что такой большой крыс, как ты, без посторонней помощи справился б с маленькой. Алессандра – хорошая девушка, и четыре глаза, в любом случае, намного лучше, чем два.
Фея помолчала, добродушно усмехнулась и добавила:
– А как там эльфы, хорошо ли вас встретили? Али их тоже в лесах своих не оказалось?
Что-то здесь было не так. Что-то произошло неприятное, и она это чувствовала. Слишком уж погрустневшим выглядел зверёк – видно, и новости, которые он собирался сообщить, были нерадостные. Но как заставить сохнущего в своём полотенце крысёнка говорить по существу, не увязая во второстепенных подробностях?
Эвлин-Еванджеллина попробовала зайти с другой стороны.
– Я не поняла, а с кристаллом, что вы нашли, что произошло? Он что, опять потерялся? Разбился? Что говорят эльфы – что он представляет собой?.. Что-нибудь ценное?..

0

9

От обилия вопросов крысёнок смутился. С одной стороны Калиолю, конечно, было приятно, что его считают большим и могучим крысом, способным справиться с любыми проблемами. К примеру, с маленькой паутиной. С другой стороны... ох, до чего же это было не так!..
– Мы его не донесли, – жалобно вздохнув, признался крысёнок. Он совсем высунул мордочку из полотенца и дёрнул хвостиком, как бы отгоняя грустные воспоминания. – По дороге из Старой рощи на нас напали. Меня подшибли битой и посадили в сумку, а Алессандра... ей кинули камнем в лоб и она вообще осталась лежать та-ам!.. – и большой маленький крыс заревел, используя вместо платка полотенце.
– Это бы-ыл зло-ой волше-ебник и он охо-отился-а-а за криста-аллом!.. – громко жаловался на свои злоключения крысюк между всхлипами.

0

10

Айэли почувствовала, что живёт как в сказке. В страшной сказке. Обычной сказкой являлась жизнь маленькой феи вплоть до настоящего момента (пусть даже она считала её самой обыкновенной, и по сравнению с жизнью больших людей в больших городах, о которой до неё доходили разные слухи, намного более скучной, а эльфы и единороги были для малютки-феи намного привычнее, чем заговоры, темницы, кареты и лошади).
Но... волшебник?.. «Злой?.. Страшный?.. У нас в лесу?..» Айэли выросла в твёрдом убеждении, что в Волшебном Лесу не может оставаться ничего страшного или опасного: последняя ведьма, Аглар, если юная, однако не слишком прилежная ученица ничего не перепутала, более двухсот лет назад была изгнана из Леса из-за того, что эго-ис-тично – «Вау! Я справилась! Почти без запинки вспомнила такое трудное слово!..» – срывала и использовала в своих зельях редкие растения – которые к тому же приходилось очень трудно выращивать – и с тех пор на эти земли снизошёл мир и покой...
Теперь с этим безмятежным, бело-розовым убеждением пришлось расстаться – совсем как с планами прогуляться в новом нарядном платьице по лесу, если внезапно пойдёт дождь с градом и молниями...
«Что же теперь будет? Неужели несчастья снова пришли на наши земли?..»
Лицо Айэли было грустным. Но она молчала, не вмешиваясь в разговор, предоставляя своей матери говорить за обеих фей – большую и маленькую.

0

11

«Ничего себе!» Эвлин-Еванджелине хотелось бы думать, будто крысу приснился страшный сон. Либо что крысёнок выдумывает. «Ох-охонюшки! Бедная Алессандра!..»
Взрослая фея осторожно отставила хрупкую посуду в сторону. Чашка звякнула о край блюдца.
С этим нужно было что-то делать. Что-то решать. Вот.
– Айэли, вы с Калиолем остаётесь здесь. Заверни его во что-нибудь тёплое и выпаивай по ложечке вот этот отвар. Скоро вернётся с занятий твоя сестрица – пусть полечит его своей магией. Не ругайтесь там... – около двери она развернулась и обратилась к Калиолю. – Так ты говорил – «около Старой рощи»? – и вышла, не дожидаясь ответа.
Хлопнула дверь и удалявшиеся шаги стихли, словно бы растворившись в ворвавшемся через дверной проём птичьем щебете.

0

12

Первым побуждением Айэли было броситься вслед за матерью... только нельзя же было оставлять без присмотра и лечения глупого крысёнка. А не то Калиоль таких бед может натворить. Вот почему, в первом порыве поднявшись с места, маленькая фея вздохнула и снова опустилась на стул. Как грустно осознавать, что что-то происходит сейчас без её участия! «И как это взрослые постоянно выносят это?!» Айэли поболтала ногами, задумчиво провела рукой по поверхности стола. «В конце концов, быть доктором – это тоже почётное занятие!»
Да! Она выходит своего маленького пушистого друга – чего бы ей это не стоило!
Айэли спрыгнула со стула, отыскала тёплый зимний шерстяной платок и завернула в него крыса. Промокшее полотенце, скомкавшись, полетело на пол, затем – естественно, не без помощи Айэли – встряхнулось и повисло на спинке стула. Следом за платком крыса обернула тёплая кофта.
Айэли усадила крысюка на колени. Ей хотелось прыснуть со смеху. Завёрнутый в несколько слоёв тряпья пушистый грызун походил на... «Нет, не буду ему говорить, а то обидится!» Но у Айэли лет пять назад действительно была такая кукла. Самая любимая!
Маленькая фея пододвинула поближе дымящуюся кружку с отваром и принюхалась. Пар клубился облаком и вкусно пах душицей и флерией. «Это должно ему понравиться», – подумала Айэли, повернула поудобней Калиоля, чтобы он сидел нужным боком, и поднесла ложку с отваром к его пасти, из которой торчали два больших белых зубика.
– Пей! Это вкусно! – повелительным тоном приказала она крысёнку. В эту минуту маленькая фея казалась самой себе очень большой и взрослой – точь-в-точь как мама или учительница в школе.

+1

13

«Тебе-то легко говорить «вкусно», если ты сама не пьёшь эту гадость...» – мысленно пробурчал Калиоль, однако начать капризничать вслух не решился и с хлюпаньем опустошил ложку. Ложка была из-под варенья, и крыс даже расщедрился облизать её, после чего со значением посмотрел на фею, выклянчивая себе добавку. Но только Айэли неправильно поняла его умоляющие взгляды и налила крысёнку новую ложку целебного, однако не очень вкусного отвара.
– А как насчёт сладким заесть? – напрямик дерзко поинтересовался нахальный крысюк, проглотив очередную порцию травяного варева. – Мне очень нужно... ну правда... вот... честное слово...
В отличие от Айэли он никуда не спешил, никуда не рвался. Зачем беспокоиться, куда-то лететь сломя голову и пороть горячку, когда взрослая фея сказала, что сама обо всём позаботится? Можно было сидеть дома и греться в тепле, думая только о том, как выпросить у Айэли себе лишнюю ложечку варенья...
Глазки Калиоля основательно – глупый пушистый крысюк уже забыл и про кристалл, и про дриаду, и про страшного злого волшебника с его хищным крысообразным помощником. Крыс распушил ушки и заурчал, а его глазки так и замаслились от предвкушаемого удовольствия.

0

14

– Сейчас достану!
Айэли отставила кружку в сторону, осторожно ссадила закутанного крысёнка на стол, спрыгнула со стула и подошла к шкафу. «Так... Куда же мама запрятала варенье?» Айэли постаралась как можно точнее вспомнить события вчерашнего вечера. «Мама пекла ватрушки... Ну, может и не ватрушки, а корзиночки... в общем, неважно, как назывались... И как начинку использовала варенье...» – Айэли облизнулась. – «М-м-м... Ежевичное... Первый сбор...» – девочка остановилась на середине комнаты, приставив палец ко лбу и вспоминая, что было дальше. – «После того она всё убрала со стола. Я в тот момент была к ней спиной, облизывала ложку, и потому не помню... Помню только, что был такой звук. Что-то звякнуло, как будто тяжёлая стеклянная банка столкнулась соседней. И это было оттуда. Да. Сверху...»
На этом месте стоял кухонный шкаф, и дверца верхнего отдела была закрыта. Айэли подставила к шкафу табуретку, шустро вскарабкалась на неё и потянула к себе позеленевшую от времени медную ручку. С трудом и со скрипом дверца её усилиям поддалась, и Айэли торжествующе улыбнулась, обернувшись к крысёнку. Банка оказалась внутри. Как и ожидалось, почти полная ежевичного варенья. Наполовину.
Всё ещё глядя на Калиоля, Айэли попыталась взять банку с вареньем. Сначала одной рукой, затем – двумя. Но, к сожаленью, не удержала, и тяжёлая банка вывернулась из детских ручек маленькой феи и с громким тяжёлым бухом упала на пол, разлившись вареньем и рассыпавшись стеклянными осколками.
– Ой! – Айэли громко вскрикнула от отчаянья, однако остановить падение банки было уже нельзя. «Что я наделала?!..»

+1

15

– Ох! – только и мог что сокрушенно пискнуть крысёнок. Вздрогнув от шума, вызванного падением банки с вареньем, он вытянул шейку, чтобы получше рассмотреть, сколько буху и разрушения произвела упавши эта посудина. Она ведь была ростом почти с Калиоля – во всяком случае, ну никак не меньше. Глупый зверёк-сладкоежка не сколько испугался, столько огорчился: «Это ж надо же, сколько добра пропадает зря!..» По его представлениям, убытки были огромными, просто вопиющими, и даже сейчас, глядя как ягодный сироп просачивается вниз, впитываясь в живой коврик из узорчатых листьев – вне всякого сомнения, гордость мадам Эвлин-Еванжеллины – Калиоль испытывал решимость спасти (иными словами, употребить по назначению к себе в животик) хотя бы ягоды.
– Нужно всё собрать, – потребовал крыс, топоча лапками по краю стола и путаясь в навороченных на него одеждах. – Я могу помочь все тут прибрать – только помоги мне спуститься! – и он требовательно протянул передние лапки к своей подружке.

0

16

После того, как испуг прошёл, маленькая фея сообразила, что крысёнок чего-то требует от неё – только что он хотел Айэли понимала весьма и весьма смутно.
– Что? – Айэли снова с ужасом посмотрела на разлившееся по полу варенье. – «Хочет всё подлизать? Но ведь это же некультурно! Уж лучше тряпкой!..» – Там стекло! Ты порежешься! Я лучше сама всё здесь приберу! – и маленькая фея спрыгнула с табуретки, стараясь при этом не попасть в лужу, и бросилась на поиски большой половой тряпки, которую она где-то здесь видела во времена последней воскресной уборки. – Подожди меня, я сейчас тряпку принесу!

Отредактировано Айэли (22.08.2011 08:55)

0

17

«Нинада тряпку! Ана нивкусная! Я самь могу! Самь!!» – глупый маленький крыс даже ничего и не понял насчёт стекла – всё-таки он был слишком дикий, чтобы знать об этом. Испустив громкий разочарованный стон, прожорливый крысюк поднатужился и спланировал вниз прямо в полотенце. Опустившись на край лужи с вареньем, полотенце с этого конца тут же окрасилось красным – но, право же, это были такие мелочи по сравнению с первоочередной задачей не дать пропасть понапрасну такому вкусному и ароматному варенью, которое вблизи выглядело и пахло намного привлекательнее, чем со стола.
Завёрнутый в полотенце как будто начинка во фруктовом рулете крыс вытянул мордочку и с хлюпающим звуком принялся лакать и слизывать варенье отовсюду, куда только мог дотянуться. Стеклянные осколки банки, торчащие там и сям, словно кошачьи когти, из сладкого бордового озера, вызывали в нём какие-то смутные неприятные опасения, и он, разок оцарапавшись, покуда обходил эти места своим розовым язычком.
Вылизав место перед собой дочиста, Калиоль поднапрягся и, будто мохнатая красно-белая гусеница с рыжей крысиной мордочкой с одной стороны, и розовым голым хвостом – с другой, пополз дальше в лужу. Теперь полотенце окрасилось не только с переднего конца, но и с боков – и, вероятно, снизу – однако увлечённый едой крыс не обращал на эти мелочи никакого внимания.

0

18

Обычно Айэли никогда не испытывала страха перед гусеницами. Ну маленькие, ну зелёные, ну ползают на листьях – ну чего их бояться?.. И наконец – из гусениц получаются бабочки, так что бояться их любой уважающей себя фее тем более не к лицу. Однако когда Айэли увидела, как по полу ползёт нечто красное, мохнатое и липкое, похожее на гигантскую плотоядную окровавленную гусеницу, чем-то подозрительно прихлюпывающую в тёмно-красной луже (жадный сластёна Каль, завёрнутый в тёплый зимний шерстяной платок, вконец испортившийся и слипшийся от варения), Айэли от ужаса завизжала и – как есть, с тряпкой в руках – зажмурившись, снова вспрыгнула на табуретку.
– Не-ет! Не-ет! Не-е-е-ет!! Что это?! Мамочка!! Пусть этого не будет! МАМА, МАМОЧКА, ДОРОГАЯ, УМОЛЯЮ, ПОЖАЛУЙСТА СПАСИ МЕНЯ!!

Офф.: Каль, у тебя там ошибка в посте. Ты не в полотенце.

0

19

Притягательный, манящий блеск ровных аккуратных жемчужно-белых зубов, горделивый кивок головой, лёгкая прощальная полуулыбка. «Ох, и надоел же ты мне!» Нет, разумеется, вслух она этого никогда не скажет. И никаких поцелуев при расставании, даже в щёчку. Поцелуи – это ведь так негигиенично. Максимум, что она может ему позволить – это пожать ей руку. Рукопожатие необходимо ещё по одной причине: Сибилла желала, чтобы её считали равным себе исследователем-магом, а не подружкой по поцелуям и другому приятному времяпрепровождению на один-два вечерних заката, а следовательно, ещё с самого начала необходимо было правильно поставить себя.
Сибилла всегда питала страсть к "остроухим". Общаться с эльфами, быть принятой в их кругу всегда было пределом её мечтаний. Естественно, ради этого всегда приходилось жертвовать чем-либо. Вот, например, этим утром она бы с удовольствием подремала часок-другой, вместо того чтоб вставать ни свет ни заря и, едва успев умыться и уложить причёску, стремглав нестись сочувственно выслушивать словесные излияния этого остроухого недоумка... однако у зелёного юнца были значительные и важные остроухие родители, а в перспективе маячило приглашение на Бал Лета – от чего она, естественно, никак не могла позволить себе отказаться.
Легко пересчитав каблучками низенькие ступеньки из белого камня, Сибилла потянула входную дверь... как вдруг сонную полуденную тишину пронзил отчаянный вопль этой несносной мелкой девчонки – её младшей сестры Айэли.
Сибилла рванулась в дом – и увидела на кухне самое настоящее вторжение тёмных сил: неизвестное в природе странное уродливое существо, ползущее по полу, выделяя окровавленные продукты своей жизнедеятельности, и определенно чувствующее себя здесь как дома. И хотя кончики её роскошных нежно-голубых крыльев дрожали – явный признак испытываемого молодой феей душевного волнения – Сибилла, не растерявшись, схватила одну из табуреток и, перевернув её, подняла в воздух, недвусмысленно собираясь хорошенько приложить плоской частью сиденья нагло ползающего по полу захватчика.
– Не бойся, сейчас я его пристукну, – бросила она своей испуганной младшей сестрёнке, невольно воображая себя прославленной в легендах эльфийской девой-воительницей, пусть хоть и несравненно меньшего, "кухонного" масштаба.

0

20

Когда над мордочкой крыса занеслась табуретка, Калиоль только и мог, что испуганно пискнуть (писк застрял в горле) и сломя голову рвануться под стол, всеми своими звериными инстинктами чуя, что прибить его туточки будет немного сложнее.
Под столом крыс, не успевая даже перевести духу, пронзительно заверещал:
– Караул! На помощь! Это ж ужас шо делается! Калиоля обижают! Жадины такие-сякие! Пляхие кошки!
С этими словами глупый вымазанный в варенье крысюк попытался втиснуться между ножкой стола и стенкой. По вполне понятным причинам в вышеупомянутую щёлку втиснулся только крысёнкин нос – задница же, хвост и всё остальное остались снаружи.

0

21

С появлением сестры Айэли испугалась ещё сильнее. На этот раз – за Калиоля. Удивительно, как это она не узнала его раньше!
– Белла, не трогай его! – попросила она сестру, соскочив с табуретки. – Это же Калиоль! Честное слово, он ни в чём не провинился! Я сама виновата, что не узнала его сразу!
«Ох, бедняжка Калиоль!..» – при последних словах подумала маленькая фея. – «Он, наверно, больше всех испугался...»
Айэли присела на корточки и потянулась рукой к крысу.
– Каль, вылазь! – ласково попросила она крысюка.

Отредактировано Айэли (08.09.2011 18:42)

0

22

«Калиоль?» – Сибилла брезгливо поморщилась. – «Этот блохастый прожорливый кусок меха?»
Нет, конечно, занятно было, что её дражайшая младшая сестрёнка поначалу шугается своего дружка по играм и шалостям, а потом с невинным выражением на лице пытается убедить, что всё в порядке. «Любопытно: меня или себя?»
Сибилла была уверена, что её просто так не провести. Недаром же у неё было чутьё.
Отставив в сторону табуретку, она опустилась в грациозном полуприседе, как будто делая реверанс, и провела пальцем по подозрительно красному – и липкому! – полу. Палец кольнуло – неприятно и болезненно – и тотчас её большие голубые глаза заметили виновника этой неприятности: маленький кусочек стекла. «Он-то откуда здесь взялся?»
Сбросив поскорее с пальца этого опасного малютку, Сибилла не удержалась и по детской привычке, позабыв на миг о том, что подобает, а что не подобает благовоспитанной молодой фее, которой она пыталась быть все двадцать четыре часа в сутки, засунула палец в рот.
«Что я делаю?.. Надо же, подозрительно знакомый вкус... Ой! Это же мамино варенье!»
И Сибилла, рассердившись, устремила строгий взгляд на сестру и крысёнка, что затих как-то странно под кухонным столиком – явно замышляя какую-нибудь следующую пакость.
– Вы, бездельники! – сказала она им строго. – Признавайтесь, это ведь вы расколотили банку с лучшим маминым вареньем?
Калиоль и Айэли выглядели для неё сейчас как застигнутые на месте преступления злоумышленники...

0

23

«Каль, вылазь!» прозвучало в ушах (в ухах!) крысёнка такой теплотой, что Калиоль просто не смог не откликнуться на призыв девочки. Он выполз из-под стола и как настоящий кавалер поспешил заступиться за себя и за свою подружку.
– Мы не виноваты! Честно! Та банка сама упала! – затараторил крысёнок. – Мы как разик собирались прибраться! – Тут он вспомнил, что говорила мама Айэли, и поспешил перейти от защиты к нападению. – А ещё ваша мама сказала, чтоб когда ты придёшь, ты меня полечила! Воть! – и он торжествующе уставился на сестру Айэли, уверенный, что та не отвертится от последнего довода.

0

24

Лицо Сибиллы исказилось из-за обуревающих её эмоций.
«Ну да. Конечно. Сама упала. Ты на неё просто случайно облокотился.»
А теперь этот противный блохастый грызун ещё смеет чего-то требовать. «Полечила? Он что, больной? Хм-м, разве только что воспалением хитрости...»
Единственным из писклявой трудноразличимой речи грызуна, что не вызвало негативную реакцию Сибиллы, было упоминание о матери. Её матери. Поскольку до какой-нибудь крысы, что произвела на свет это летающее и беспрерывно молотящее языком «чудо», Сибилле было дела не больше, чем до какого-нибудь пенька – естественно, пока тот не попадётся под горячую ногу. А Калиоля, положа руку на сердце, следовало бы придушить ещё в собственной норе. Либо, как вариант, зарубить их обоих тяпкой... причём, желательно, ещё до рождения этого мерзкого паршивого пакостника.
Неожиданно Сибилла почувствовала какой-то озноб, как будто её окатило промозглым ветром, и её нежная белая кожа покрылась пупырышками. Ей стало страшно. И одновременно – рассердило, ведь страх и злость всегда, как братья, ходят рядом друг с другом.
– Мама! Почему её нет? – крепко ухватив за плечи это маленькое ходячее недоразумение – свою сестру – она рывком – и откуда только силы взялись? – поставила её на ноги и развернула к себе лицом, чтобы иметь возможность заглянуть в её глупые и безответственные «васильки», за наивностью которых, – всенепременно, показной – по мнению Сибиллы, скрывалось нечто значительно большее, чем хотела показать эта шкодная, проказливая девчонка, которой и так уже сходило с рук слишком много. – Она вышла? Куда?.. Да не тяни, отвечай ты, чертовка!.. С ней ничего не случилось?..

0

25

– Ай! – испугалась от неожиданности Айэли. И хотя сестру вполне можно было понять и извинить из-за испытываемого ею беспокойства за маму (что Айэли очень даже понимала и принимала), маленькой фее тут же, не сходя с этого места, захотелось поскорее вырасти и стать взрослой, чтобы никто не смел с нею больше так обращаться.
– Она ушла... – добавила она нехотя. – Вчера на Калиоля и Алессандру напали, и мама пошла взглянуть, что с дриадой. А Каль только сегодня утром сумел удрать от этих негодяев и добраться до нас. Я нашла его...«...неподалёку от Озера...» – а вот об этом лучше было как-нибудь умолчать, чтобы сестрица не рассердилась ещё больше, – ...и принесла его сюда... к нам. Он набил себе синяков и простудился. Полечи его, пожалуйста-а!.. – жалостным тоном попросила за своего друга маленькая фея, подлизываясь к сестрице.

0

26

– Я сбижал ат злова калдуна вчира вечелом, но тока сиводня смог дабраться до озера, – встрял в разговор крысюк, стоило ему лишь только подумать о том, будто это может оказаться важным для поисков. Того, что Айэли хотела бы скрыть, где она нашла своего пушистого приятеля, глупый зверёк, ясное дело, не уловил. – А дриада... Ох, бидняжка Алиссандла так и асталась лижать на дароге из Старой рощи!.. – в голосе крыса явственно послышались плаксивые нотки. – А миня пристукнуло дубинкой бальсое и стлашное блахастое чудовиссе, штоб зажарить сибе на ужин как кролика, и прихвостило сибе маю валшебную палочку. И ищё они заблали у нас кристаллу, штобы зделать сибе плахую штуку для демона. Ох и страшеньки я натирпелся там, пака ни убёг! – всхлипывания и хныки маленького зверька становились все громче и жалостнее, хотя последняя фраза больше была похожа на похвальбу.

Офф: зарубить мою любимую мамочку-крысу тяпкой?! %-)  Можно я укушу эту вредину?

Отредактировано Калиоль (20.09.2011 12:36)

0

27

«Значит, до озера...» – теперь Сибилле стала понятна подозрительная заминка в словах младшей сестрёнки. – «Интересно, ей уже за это попало, или мне будет нужно просветить мамочку по поводу её шалостей?..»
И, зная, что Старая роща находится недалеко отсюда, Сибилла выкинула беспокойство за маму из головы – конечно, пообещавши самой себе как следует наподдать паршивому брехуну, если его россказни не будут соответствовать истине. «Блохастое чудовище, злой колдун... Скажите на милость! Да в придачу к ним ещё и драгоценный камень и демон. Глупый зверёныш перемешал все когда-то слышанные им сказки в одну – а теперь ждёт, будто кто-то поверит в его байки...»
Отпустив сестру, Сибилла переключилась на Калиоля. Схватив противного липкого грызуна, она размотала намотанную на него тряпку, сердито прошипела сквозь зубы:
– Паршивец! Это же наш платок!.. – и, набрав в тазик воды, не церемонясь, плюхнула туда крысюка и щедро плеснула на его свалявшуюся липкую бордовую шкурку густым экстрактом мыльного корня.
«Что, щиплет? Терпи, маленький гадёныш, терпи... Впредь будет наука... купаться в чужом варенье...»

Сами же просили вреднюгу.  :playful:
Между прочим, второй раз купаешься  :rofl:

0

28

– Ой! – запищал совершенно оконфуженный столь бесцеремонным обращением крыс, как только – второй разик за этот день – очутился в тазике. – Что ты делаешь? Вода ж холодная!..
На самом деле водичка была чуть тёпленькая, но Калиолю только дай повод пожаловаться, и болтливый крысюк – если не своими выдумками, так нытьём – кому угодно проест всю плешь, пролижет череп до дыр и присосётся к самому сладенькому – извилинам и серому мозговому веществу. Разумеется, в переносном смысле – он же не мозгожёр какой-нибудь.
Но только фее на этот раз повезло: хлебнув невкусной мыльной водички, лишь едва сдобренной смытым с его шерстки вареньем, Калиоль усвоил урок, и, отплевавшись, перенёс повторную купательную экзекуцию со впечатляющей стойкостью, не пища и не жалуясь на всём её протяжении.
Инстинктивно он чувствовал, что его всё равно не пожалеют.

Отредактировано Калиоль (20.09.2011 21:11)

0

29

«Смотри-ка!..» – похоже, глупый зверёк и в самом деле успел побывать в серьёзнейшей переделке. Ссадины, гематомы... А чутьё диагноста, появившееся в ней после изучения Начал Предсказательной и Целительской магии, подсказывало Сибилле, что этот несносный комок меха и в самом деле действительно простужен, а не притворяется, чтобы выпрашивать вкусности.
Но да, Сибилла все ещё не простила его ни за испорченный мамин платок, ни за разбитую банку с вареньем. Однако пакостливый грызун для чего-то был нужен её матери, поэтому наказание несносного зверька было отложено.
В комнате феи имелись старые теплые вещи, из которых она уже выросла, и которые не жалко было пожертвовать даже Калиолю. Так что, завернув в них зверька после купания, Сибилла велела сестрёнке подогреть и выпаивать ему мамину настойку, сама же, просунув руки под жилетку так, чтобы ладони касались шерсти, и обхватив таким образом зверька с обоих сторон, начала постепенно пересылать ему магическую энергию, чтобы помочь несносному грызуну справиться с его заболеванием.
– Теперь тебе лучше поспать, – сказала она крысу после того, как, по её мнению, потрудилась достаточно в этом направлении. – Как проснешься – будешь чувствовать себя как огурчик! – и затем добавила, обращаясь к сестрёнке: – Можешь забирать его в свою комнату, только проследи, чтобы он опять не наделал глупостей.

0

30

«Бедный Калиоль...» – размышляла маленькая фея (а что ещё она могла сделать в эту минуту?). – «Он ведь так не любит мыло – а тут уже второй раз за день купаться приходится...»
Однако долго грустить Айэли так и не научилась, и невеселые мысли о печальной судьбе её мохнатого друга довольно скоро сменились одной позитивной. «Надеюсь» – раздумывала она, – «что хоть на этот раз мой Каль останется чистым.»
И, судя по всему, шансы у него были.
Выпаивая Калиолю ложка за ложечкой горькую травку (бедный зверёк страдальчески, но в то же время потешно морщился, однако мужественно глотал всё, что ему попадало в ротик), Айэли не расставалась с надеждой. Надежда возросла ещё больше, когда сестра (интересно, какая добрая муха её укусила?) предложила Калиолю переночевать у них дома. Помнится, раньше она его на дух не выносила («испачкает вещи, изрисует стены, погрызёт мебель, сделает лужу на полу...»), теперь же сама приглашает его остаться.
– Конечно, он останется у меня. Я присмотрю за ним, – решительно заявила маленькая фея и, схватив крыса в охапку, потащила его в свою комнату укладывать баиньки.

Отредактировано Айэли (24.09.2011 07:59)

0


Вы здесь » Миранделла: Enchanted World » Волшебная поляна » Домик Айэли